– Да. Те звёзды, что уже взорвались, потихоньку подконтрольно остывают, а с других через год-другой начнём снимать защитные круги.

Они замолчали, смотря на мерную пульсацию кораллов. Таше упорно казалось, что в ней скрыты какие-то послания, но физики не находили никаких подтверждений того.

– Как-то же пророки и шаманы разных миров получают информацию от своих «духов»? В том числе о появлении во вселенной таких ненормальных «покойниц» как я! – вновь подняла Таша не прояснённый вопрос. – Вот уверена, что кораллы тут в стороне не остались! Очень уж похожи они на этакие всекосмические антенны со своей пульсацией!

– Всё может быть, – согласился Стейз. – Теория вероятности математически оправдывает любую веру в чудеса.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

– Ты не блуждающая – ты неугомонная душа, – скрипуче смеялся Хадко, ловко насаживая на деревянные палочки кусочки мяса. – Что за гад инопланетный нам сегодня ужин обеспечил?

«Биосинтезатор», – подумала про себя заслуженный эколог Альянса галактик, а вслух произнесла:

– На вкус – вылитый баран!

– Ух ты, наш снежный путоранский баран – редкий трофей! – восхитился старый охотник. – Если твой космический окажется не хуже – знатно перекусим. Снежные бараны селятся в самых труднодоступных местах: в каньонах рек и их верховьях, никогда не опустятся ниже трёхсот метров над землёй. Зимой в горах плато стоит такая стужа и такой ветродуй, что даже я туда не лезу, весны жду...

Таша многозначительно постучала кочергой по камням выстроенного ими мангала, и ненец смущённо крякнул, запоздало спохватившись, что путоранский баран – редчайший представитель таймырской фауны и давно занесён в Красную книгу.

– Ты мне поведай, что в горы к баранам ходишь, чтобы сброшенные ими рога найти, – насмешливо посоветовала Таша.

– Дак ты ж знаешь, что толстороги рога не сбрасывают, – отмахнулся Хадко, – чай не олени.

– А молодому инспектору Росприроднадзора ты эту сказочку удачно скормил, когда патруль тебя на склоне заприметил.

– Всё-то ты знаешь! Летают тут на вертолётах: и дичь распугивают, и охотникам покоя не дают, – заворчал Хадко. – Да не подстрелил я ни одного барана, они, чертяки, шибко на ухо чуткие, звук какой услышат – и всё, поминай как звали, по отвесной скале уходят, рогатые. Ладно, слово даю: ради нашей дружбы к баранам больше ни ногой!

– Я тебе сколько хочешь баранины привезу, – пообещала Таша, но кислое выражение лица охотника ясно говорило, что мясо, принесённое уже на вертеле – это совсем не то, что добытое на охоте...

Уныло вздохнув, Хадко поворошил угли и спросил с любопытством: