- Как погиб? – не сразу понял Скутвальссон, все еще разглядывая заголовок.

- Совсем. То есть для Швеции вас уже не станет. И не думаю, что после такого, - Дробышев со значением постучал пальцем по газете, - там даже скандал станут разжигать, слишком уж настойчиво вызволяя ваше тело. Которое мы придержим. Ведь у нас тут есть множество кабинетов, как я уже говорил. Разных. В том числе и оборудованных… очень специфически.

- Вы не посмеете!

- Это почему же? – искренне удивился глава охранного отделения. - Тем более, есть масса оснований подозревать, что год назад моему личному знакомству с этим оборудованием поспособствовали именно вы. Так чего бы не ответить вам любезностью на любезность?

Швед сглотнул. Не удержался.

- Так вот, - Дробышев опять резко сменил тон, закругляясь с шутовством. – Уйдет этот номер в печать или нет – зависит сейчас только от меня. От моего звонка в типографию. Ну и немножечко от вас – от вашего желания со мной искренне пообщаться без… переезда в один из специфических кабинетов. Это понятно?

- Вы не посмеете, - механически повторили ему в ответ.

- Еще как посмею. Я же поделился с вами своими мотивами? И как по мне, выглядят они серьезнее вашего рефрена, который от постоянного повторения убедительней не становится.

После чего проникновенно заглянул в глаза собеседнику и снова поменял тон:

- Но знаете… На самом деле я вовсе не сторонник жестких мер, в отличие от тех, кого вы сами пытались пропихнуть в это кресло. Мне такое всегда кажется избыточным и неизящным. Так что я тоже предпочел бы другой сценарий нашего с вами общения.

- Какой же? – лица Скутвальссон все-таки не потерял, успешно вернув ему слегка скучающее светское выражение.

- Вы ведь догадываетесь, правда? Исключительно честное сотрудничество – нас с вами. А если совсем прямо, то с сегодняшнего дня работать вы будете только на меня. Или вас просто не будет.  – Кивнул он в сторону газеты. – Совсем.

- То есть чтобы мне… быть, сейчас придется подписать  некий контракт, по которому я буду считаться сотрудником вашей охранки?

- Придется, да. И даже не один. Я обвешаю вас ими как нерадивого демона, чтобы вздохнуть без моего позволения не смели, не говоря уж про какие-либо пакости. Извините, но уж очень скользкий вы тип. А потом мне понадобятся все расписки от тех, кому вы платили, и кто принимал ваши услуги. Прежде всего я имею ввиду правительство – с остальным пока можно подождать…

- Зачем? – перебил его собеседник. – Зачем я вам в качестве агента? Да еще и весьма недобровольного, что подразумевает для вас массу сложностей?