- Это вы про схему? – усмехнулась я.

- Конечно. И еще. Ваша мысль, что прибор всего один, тоже оказалась правильной. И тоже пришлась очень кстати.

- Расскажете? – попросила я. – Удовлетворите мой профессиональный интерес?

Глава сорок третья 3

- Расскажу, раз уж начал, - не стал тот спорить. – Только смотрю, его светлость все чаще поглядывает на часы? Торопитесь, князь?

- Да, - и не подумал смутиться Эльдар. – Я договорился о визите, и отложить его невозможно – до встречи с Шерстаковым обязательно нужно кое-что выяснить.

- Так, может, закончим нашу беседу чуть позже? Когда уже будем у адмирала? – предложил Дробышев.

- Нет, - придумала я выход. – Эльдар, давай встретимся прямо в Гавани? Иван Антонович сам меня туда привезет, когда мы здесь закончим. Хорошо?

- Хорошо, - не стал тот спорить и раскланялся.

А Дробышев поделился, наконец, еще одним кусочком информации:

- Елизавета Андреевна, вы же в курсе теперь, что герр Сигманн из университета Уппсалы скончался? Еще год назад?

- Да, эти сведения ваши люди мне передали, - насторожилась я. – Надеюсь, его смерти никто не поспособствовал?

- Что? А, нет. Совершенная случайность. То самое стечение обстоятельств, которые иногда все-таки происходят. Дело в другом. Как вы правильно догадались, папка, выкупленная шведами у нашего патентного чинуши, попала именно к этому почтенному герру. И именно он с вашим изобретением лично, на скорую руку пошаманил, вывернув наизнанку и превратив в столь своеобразное оружие. А потом умер, успев избавиться от полученных чертежей. Уничтожил, скорее всего – для того, чтобы после к нему не возникло вопросов относительно приоритета. Не суть, в общем. Важно другое: в его лаборатории ничего на эту тему не осталось. И вообще, остался лишь опытный образец, что он собственноручно собрал и передал Скутвальссону для кое-каких уточнений и проверок уже на местности.

Дробышев потер щеки, невольно давая понять, насколько же устал, но встряхнулся и продолжил:

- Так вот, когда в Уппсале разобрали его бумаги и спохватились, что кое-чего не хватает, сюда, Скутвальссону, отправили депешу – срочно вернуть единственный образец обратно. А он вместо этого решил устроить с его помощью покушение.

- Погодите, - вдруг дошло до меня. – Так это только его инициатива? Не согласованная даже?!

- Говорит, время слишком поджимало, - кивнули мне в ответ. – Нужно было срочно что-то делать, когда Михаил Константинович отказался от помолвки. Его даже убивать не собирались, просто хотели пугнуть и дать понять, насколько крепко держат его жизнь в своих руках. Чтобы посговорчивее был. А вышло… Ну, как вышло. Все-таки не проверенная совсем штука, да и сляпанная всего за неделю. И пришлось делать хорошую мину при плохой игре, пытаясь выжать максимум возможного из сложившейся ситуации. Причем стараясь при этом тоже по-максимуму, чуть ли не из шкуры выпрыгивая, потому как Скутвальссон сам неожиданно оказался на крючке.