Все молчали, и мне уже стало не просто интересно, а страшновато от непонимания происходящего. Мужчинам так же, принесли глинтвейн, который они лишь пригубили.

Спустя тридцать минут, как это указывали часы над камином, Захари вошел в библиотеку, и прикрыв за собой двери, сообщил, что всем нужно проследовать за ним. И попросил делать это как можно тише.

Мы прошли сквозь холл, дальше Захари обошел лестницу, что вела на второй этаж справа, и открыл дверь, на которую я ранее не обращала внимания, так как слуги выходили и входили в дверь слева от лестницы.

Я шла за Рональдом, который следовал за Захари. Комната была большой, но достаточно низкие потолки, по сравнению со всеми потолками в доме, делали ее не очень уютной. Темно синяя ткань, в которую были задрапированы стены превращала помещение в подобие коробочки, что используют для упаковки украшений. Диваны, обтянутые в синюю с золотым ткань, золоченые столики, два больших стола в конце комнаты. Только на них стояли здоровенные подсвечники. За столом сидели трое, но двери даже не скрипнули, и они не заметили нашего прихода, кроме Элиота, что увидел, как качнулось пламя свечи.

Он обернулся и отвернулся к собеседникам. Те двое выпускали клубы дыма, и запах в помещении говорил, что трубки здесь курят постоянно.

– Позвольте вам представить моих гостей, - вдруг, достаточно громко, заявил Элиот, указывая на нас: - Мой племянник Рональд – тайный советник Его Величества…- и тут эти двое повернулись. Элиот продолжал, представляя меня, как свою жену, Бертона, чины этих двух мужчин, что прибыли после нас, а я стояла как вкопанная, стараясь нащупать хоть чью-то руку, чтобы не упасть. За столом с Элиотом сидел отец Марк. Второго я не знала, но мне было плевать.

Бертон, что шел за мной, скорее всего, заметил, что я могу упасть, и обнял меня за плечо, посмотрел на меня внимательно, и попросил Захари принести воду.

– Отец Марк? Думаю, отсутствие сутаны на вас и старшем святом отце Лирике говорит о том, что вы не полностью прониклись верой, и темные силы иногда заставляют вас тратить средства, которые предназначались детям, что вы опекаете? – Заговорил Рональд.

– Вы…. Что вы говорите? – отец Марк встал, но увидев, как из темноты, от двери вышли эти двое, присел обратно.

– Наше присутствие здесь – тройное доказательство перед королем и Церковью. Старший святой отец, Его Величество не имеет права судить дела церкви, но в законе есть главы, в которых оговорены ваши действия, ваши права и обязанности, ведь вы ведете свою деятельность в государстве Его Величества, - начал спокойно Рональд, пропустив вперед этих двух неизвестных. Я безотрывно смотрела на отца Марка, и тот страх, который точил меня все время до замужества с Элиотом я вспомнила в малейших деталях.