— Значит, смерть в том мире стала переходом в этот? — уточнила я.

— Конечно. Ты вернулась домой. Правда, очень ужасным способом, — он вдруг обнял меня. — Но зато теперь ты рядом. Я могу прикоснуться к тебе.

— А мои родители? Которые воспитали меня? — я не могла поверить, что папа чужой человек. Что мама не родила меня…

— Они хорошие люди, отдавшие тебе своё тепло и свою любовь. — Темный лорд по-отечески погладил меня по голове. — Ты должна помнить их всю жизнь.

В моей голове не укладывалось происходящее. Все казалось сном.

— Но как Аскольд узнал, что у вас есть дочь? — многое еще оставалось непонятным.

— Похоже, кто-то из Могильщиков оказался предателем. Но узнать кто именно, не составит труда, — Темный лорд выпустил меня из своих объятий. — Аскольда обручили с фантомом.

— Что с ним будет? — жалость к лорду снова всколыхнула мою душу. — Неужели вы убьете его?

— Нет, все мятежники погрузятся в столетний сон. Когда они проснутся, мир будет совершенно другим, и им придется приложить максимум усилий, чтобы стать его частью. Лордам будет не до мятежей, — усмехнулся мужчина. — Мне же придется здесь немного задержаться. Здесь нужно кое-что изменить.

Наверное, это было справедливым решением. Или, возможно, над первородными казни не совершались из-за их чистейшей крови?

— А как же перстень? — я посмотрела на свою руку. — Что мне теперь делать?

— Ничего. Магия уже в тебе. Ты ведь почувствовала ее? — Темный лорд вопросительно приподнял бровь. — Пользовалась ею?

— Совсем немного… Но когда я хотела спасти Гериуса, она стала сильнее, — я вспомнила всплеск энергии, который помог уберечь лорда Коулмана от Аскольда.

— Все правильно, магия питается нашими эмоциями. С этим нужно быть осторожной. Ей нужно время, чтобы заполнить тебя. Вы должны стать единым целым. Только тогда ты сможешь управлять ею, — мужчина поднялся и помог встать мне. — Я помогу тебе, дитя.

С этого момента моя жизнь изменилась полностью. Попав сюда, я думала, что ничего сверхъестественного уже не случится, но нет… Судьба сделала такой поворот, от которого захватывало дух. Но страшно мне уже не было. Я была дома по-настоящему.

Самый длинный эпилог

«Бытовая история или зимняя свадьба»