– Хорошо. А теперь рассказывай.

И я рассказала. Сначала о потоках, хоть и вычленять отдельные нити в золотом хаосе было практически невозможно, потом об артефактах и работе со стабилизатором Корда, который, несмотря на видимое техническое совершенство, все равно спровоцировал перегрузку центрального кристалла. Упомянула даже о полузабытом желании заменить постоянные импульсы на переменные, после чего Крис ненадолго задумался, но с сожалением отмел идею.

– Твоя схема хороша, но для стабильной генерации поля потребуется дополнительный импульс, – еще раз оглядев разгромленную трясущуюся лабораторию, муж поморщился. – Эх, жаль, Дер-Эйк не оставил никаких чертежей или хотя бы пары листов бумаги. Так было бы проще, чем в голове.

Без раздумий я бросилась искать, пока Крис перебирал оставшиеся артефакты из чемодана Линн, но ничего подходящего, как назло, не оказалось. Удалось обнаружить в завалах лишь пару проводящих отверток, карандаш да моток проволоки с добавлением магоруды – но и это было лучше, чем ничего.

А потом я вдруг вспомнила.

Тетрадь.

Тоненькая книжечка, которую поэт Эрхард сунул мне в карман перед тем, как мы с Крисом ушли от эйры Тильды. Вот и пригодится бумага хоть для чего-то полезного – видят боги, стихи непризнанного гения только без толку марали страницы дорогих блокнотов.

– Держи, – я продемонстрировала свою добычу и спряталась под лабораторный стол, где Крис устроил для нас временное убежище. – Надеюсь, пригодится.

При виде кожаного блокнота лицо мужа удивленно вытянулось.

– Что это?

– Не дневники Дер-Эйка, увы. Сборник стихов. Понятия не имею, почему Эрхард, любовник эйры Тильды, вздумал вручить ее мне, мы никогда не общались. Но… ты же просил бумагу. Вот.

Зашуршали страницы.

Мешать Крису я не хотела, а чем помочь, не знала, потому тихо прижалась к плечу мужа, устало закрыв глаза. От жара и запаха пара, прорывавшегося сквозь трещины в полу, меня мутило, все тело ныло, а к голове было даже страшно прикоснуться. Безумно хотелось поддаться усталости и соскользнуть в забытье, чтобы не видеть и не чувствовать, но я держалась из последних сил. Кому-то же надо было следить за Кристером, чтобы… не геройствовал тут… почем зря…

– Ри… – ворвался в затуманившееся сознание голос мужа. – Ри?

– Что?

Перед глазами появилась рука Криса с раскрытой тетрадью. Я встрепенулась, с трудом фокусируя зрение, но стихотворные строчки расплывались, не давая вчитаться в текст. Зато картинки на полях, прорисованные в мельчайших деталях, точно фотографический снимок…

От всплеска адреналина меня подбросило так, что я едва не впечаталась многострадальной головой в твердую столешницу.