Татия увела внучку в её покои и там вновь обняла. Они обе опять не сдержали слёзы. А потом настало время признаваться Анхе, как она смогла выжить и снять печати.

Татия закаменела, услышав, каким образом её девочка получила защиту.

— Я боялась, что случится худшее, а мне надо было выжить и отомстить, — срывающимся голосом завершила свою исповедь Анха. Горло не выдержало нагрузки и голос стал хриплым. Надо было ещё выпить теплого отвара или молока, но девушка ждала хоть каких-то слов от Татии.

— Если в обществе узнают, что вы продали себя за кров и защиту, то дорога в Императорский дворец для вас будет закрыта, — наконец произнесла графиня.

Анха опустила глаза. Она надеялась, что бабушка обнимет её и обругает всех до последнего в гарнизоне за то, что они позволили пережить её внучке столько унижений.

— Поэтому, если пойдут слухи, то мы скажем, что между нашими родами была договоренность о помолвке. Алексис поговорит с главой клана Щита и добьётся их согласия. В конце концов, если бы не их интересы и тайна следствия, то мы смогли бы вытащить вас раньше.

Анха непонимающе смотрела на бабушку, а та продолжала:

— Мы ваше падение преподнесем обществу, как большую любовь со страданиями. Сынок Великого князя женится на вас, и все ещё будут завидовать.

— Но я не хочу его видеть, — воскликнула Анха. — Я не могу его видеть! Меня выворачивает наизнанку от одних только воспоминаний.

— Он был жесток? — нахмурилась Татия.

— Нет, — вынуждена была признаться Анха. — И я могла уйти от него в любую минуту, — с горечью добавила она и отвернулась.

Всё правильно, какие могут быть претензии к правильно воспитанному высокородному магу. Он вёл себя соответственно своему положению и, наверное, вполне обоснованно считал, что облагодетельствовал её. И момент неловкости возник только тогда, когда он узнал, что она равная ему по положению. Не дочь Великих князей, но глава рода, а он всего лишь какой-то там по счёту сын…

А то, что пришлось совершать насилие над собой, терпеть полагающееся заявленному статусу отношение, то всё это лирика. У любого главы клана случаются моменты, когда им приходится наступать себе на горло и делать то, что полезно для клана. Так учил дед и она это запомнила, но бабушка…

— Не переживайте, мы всё уладим, — мягко произнесла бабушка и хотела погладить Анху по голове, но увидев её взгляд, безвольно опустила руку. — Вы думаете, что я жестокосердная? — неожиданно спросила она.

Анха неопределенно мотнула головой, и графиня горько усмехнулась:

— Некоторые наши поступки имеют очень серьёзные последствия, и я всего лишь хочу избежать этих последствий. Общество не примет во внимание обстоятельства и будет жалить вас вашим падением до конца жизни, а потом ещё достанется вашим детям. То, что случилось, уже случилось и мы ничего не можем изменить, но мы должны избежать последствий.