— Берт, как же я рада! Обещаю тебе, мы быстро доберёмся до дома и соберём выкуп для графа. Корабль пойдёт налегке, ветра усилились, мы домчимся быстрее птиц!

— Очень хорошо, любовь моя, потому что я остаюсь.

— Что?

— Я верю, что ты сможешь организовать выкуп графа, только сама оставайся дома и больше не рискуй так, а я останусь с Раймундом, иначе ему не выжить здесь. Он не привык к таким условиям, и хотя он старается держаться, но как только я уеду, он сдастся.

— Берт, нет! Не зли меня, а то поедешь домой связанным!

— Катрин, ты сама говорила, что я человек чести, так почему же сейчас ты толкаешь меня на бесчестный поступок?

— Иногда я тебя ненавижу.

— Знаю, любовь моя, знаю, — он приобнял её на короткое мгновение и отступил из-под света факела, чтобы присоединиться к затаившемуся в тени графу.

Раймунд ненавидел эту женщину. Раньше он винил во всём Отиза, не слушая наставления аббата о том, что такие Отизы всегда найдутся на его голову, если он будет давать повод. Теперь Раймунд понял, что именно встреча с этой костлявой сеньорой меняет его жизнь.

Тогда он вступил в орден, поставив под угрозу всё своё наследство и лишь усилия короля с аббатом позволили придумать особые условия, по которым он мог как бы состоять в ордене и как бы не быть ему ничем обязанным. Сейчас вновь его судьба в её руках. От неё зависит, будет он жить или умрёт.

Была бы она хотя бы красива, наверное, было бы не так обидно. Что в ней нашёл Берт? Чем прельстился толстяк ага, что решил отпустить её мужа? Какими чарами она владеет? А другу бесполезно что-либо говорить, если он околдован, остаётся надеяться на его верность, на честь, которые сильны в нём и никакой ведьме неподвластны.

Утром следующего дня все домочадцы готовились к празднику. Это домашнее торжество, но родственников должно было собраться столь много, что слуги сновали с рассвета, норовя всё успеть. Катерина еле вырвала для себя Дохик из жадных ручек девочек, желающих выглядеть на празднике красивыми. Она собиралась сама сходить к ювелирам, чтобы продать медальон.

Хватило визита к двум мастерам, чтобы понять, что именно такие, как она — лакомая добыча для поживы. Нуждающаяся в деньгах сеньора — это как вывеска для призыва «обмани меня».

Катерина не смогла продать медальон, хотя, видя её упёртость, один из мастеров поднял цену, но это было бессмысленно. Оставалось надеется на то, что ага, освободившись от навалившихся на него дел, поможет продать украшение по хорошей цене и не выставит её из дома сразу после праздника. Бертрана она собиралась вывезти, несмотря ни на что.