От чувств у меня перехватывает дыхание, а она снова запрокидывает голову и закрывает глаза. Я провожу костяшками пальцев по ее нежной щеке.

– И что же оно поет, Золотая пташка? – шепчу я.

Ее улыбка пробивается, как солнечный свет.

– Песню о доме, – говорит она. – Солнце поет песню о доме.

Сердце переполняют эмоции, а когда Аурен протягивает руку и тянет меня за локоть, я ложусь рядом с ней на спину, и мы оказываемся рука к руке, нога к ноге.

– Послушай, – шепчет она.

Так я и делаю. Я переплетаю наши пальцы и слушаю.

Но моя песня о доме исходит не от солнца. Моя песня исходит от нее.

Глава 47

Глава 47

Аурен

Сложно сказать, сколько Слейд просидел со мной на крыше, но когда мы спускаемся, я готова порхать от прилива сил. Не важно, что проснулась я до рассвета, потому как чувствую себя бодрой. Обновленной. Живой.

– Хочу сегодня побыть на улице, – говорю я Слейду, когда мы идем к арке, где стоят стражники.

– Господа, смотрите наверх, – говорит Слейд, и с минуту я недоумеваю, зачем он так сказал, а потом опускаю взгляд и понимаю, что на мне только его рубашка… и больше ничего.

Стражники забавно вскидывают головы вверх и задирают глаза так высоко, что удивительно, как они не закатились у них в череп.

– Мне, наверное, нужна одежда? – говорю я.

– Было бы предпочтительно, если бы мне не хотелось вонзить кинжалы в глаза моих преданных стражников.

Один из упомянутых стражников сдавленно кашляет.