Обыкновенный бальный зал. Сияющий паркет. Зеркала, что искажают пространства. Колонны. Цветы. Музыка. Музыка доносилась откуда-то издалека и тревожила своей легкой неправильностью. Чарльз даже остановился, пытаясь понять, что же не так.

Не понял.

Просто неправильная. Или, точнее, слишком уж правильная. Выверенная.

– Твою ж, – прошептал Эдди, засовывая палец в ухо. – Извини. Напрягают меня эти механические штучки.

– Оркестр?

– Оркестровый ящик. Помнится, говорили, что его вскорости сделают меньше и ставить будут в любом трактире. К счастью, пока не сделали.

Тогда понятно, что не так: вся эта механическая выверенность мелодии убивала ее напрочь.

Чарльз попытался отрешиться. Получалось плохо. Эк он… одичал, однако. Бал. Просто бал. Он что, позабыл, каково это?

– На вот. – Эдди сунул в руку бокал с чем-то. – Пить не рекомендую, мало ли, но держи на всякий случай.

Музыка прервалась.

Загудели трубы, застучали барабаны, и люди в зале повернулись к дверям на другой его стороне. Чарльз тоже повернулся.

Двери открылись, выпустив человека в раззолоченных одеждах. В руках тот держал длинный посох, которым ударил по полу:

– Его императорское величество! Истинный владыка мира, повелитель племен, сотрясатель Вселенной.

– Вот что за манера, – тихо поинтересовался Эдди, – вселенную сотрясать? Живет себе она спокойно, так нет, каждому сотрясти надо.

– Это для величия. – Чарльз с интересом наблюдал за охраной.

Наемники. И весьма неплохие, но не хватало им изящества дворцовой гвардии. Да и воспитания тоже. Гостей теснят, пробивая проход через залу.

А вон и трон потащили.

Могли бы, к слову, и заранее озаботиться, а то выглядит это как-то… Глядя на суету, Чарльз сполна осознал, что Дэн прав. Не Змееныш затеял эту игру. Он и прием-то толком организовать не способен, куда уж за приличный заговор браться.

Трон грохнули у стены, причем слегка косовато.

Рядом поставили еще один стул.