– Молли?

– Она… в общем, там сложно все. И тут тоже. Мне приказали тебя искать.

– Тогда ты нашла.

– Он думает, что я – как они. Он привык, что любую может заморочить. Вот и… даже сомнений не возникло. Повезло, да?

– Повезло.

Он осторожно коснулся моего лица. И тепло вновь же будоражит. Это уже бабочки в животе или еще пока гусеницы? Главное, неспокойно так.

И стыдно.

Страшно самую малость. Хотя что плохого в том, чтобы целоваться со своим мужем? Особенно когда никто не видит.

А заговоры… заговоры обождут.

Никуда они не денутся.

И потом, мы просто стоим, я опираюсь на него, он… он обнимает меня. Молчим. Наверное, надо что-то сделать, сказать и рассказать… Скоро здесь воцарится хаос, или, наоборот, ничего не произойдет. И тогда как? Мыслей в голове слишком много, а я просто стою и стараюсь запомнить это мгновенье.

То, чем пахнет от его костюма.

И от него самого.

Его тепло. И дыхание. И то, как бьется сердце. Силу, которая такая родная, близкая. А время тянется, тянется, словно сочувствуя.

Я вздохнула.

– Все будет хорошо. Мы… что-нибудь придумаем.

– С чем?

– Со всем.

Тогда ладно, если что-нибудь. Что-нибудь – это веский аргумент. И я кивнула. Верю. Придумаем. Обязательно. Пальцы коснулись треклятой незабудки.

– Твоя сестра… велела отдать тебе вот это. И еще сказать, что она ждет. Что… выведет нас, но это неправда.