Там, над городом, кажется, что ничего нет. Ни прошлого, ни будущего, ни забот, ни тревог. Лишь Чарльз и Милисента.

Губы ее пахнут прериями.

И Чарльз растерялся. Он совершенно не представлял, что говорить или делать, и потому молчал. Молчание длилось и длилось, но не могло продолжаться вечно, и мир вернул их обратно.

Суета в зале нарастала.

А Милисента тянула куда-то в сторону, вглубь.

– Августа…

– Она со Змеенышем. – Милли втащила Чарльза в узкий коридор. – Надо кое-что забрать. Вернуть. То, что он украл. И твою сестру тоже. Если не ошибаюсь, этот мерзавец сейчас попытается спрятаться.

Она смахнула прядку, выбившуюся из прически.

– А стало быть, и сестру свою приберет. Она же ему нужна.

Милисента огляделась.

– Черт. Забыла.

– Что?

– Где у него кабинет… погоди… сперва пойдем ко мне. Ну, туда, где меня поселили. А оттуда уж я выведу.

– Не стоит. – Орвуд смахнул с рукава пылинку. – Я прекрасно представляю, где находится указанное вами место.

Его еще не хватало.

– А… – Милисента огляделась. – Эдди где?

– Был со мной, – ответил Чарльз. – Но потом отошел, а куда… я потерял его.

– Потерял Эдди? – Вот теперь она удивилась.

– К сожалению. На нем один артефакт, потому так и вышло…

– Здесь он. – Орк огляделся. С его появлением в коридоре стало тесно. – Там. Чую. Слушает.