— Ты должен это увидеть, — произнёс он, а затем протиснулся мимо Диомеда и направился в сторону Василиоса. Весь зал взорвался разговорами и вздохами из-за наглости человека, осмелившегося бросить вызов не одному, а двум старейшинам.

Остановившись перед Василиосом, Элиас сначала посмотрел вниз на Лео с Аласдэром и нахмурился, а после поднял взгляд на старейшину:

— Не волнуйся, я более чем осознаю своё место в общей картине, и если утром буду жив, ты получишь огромное удовольствие от любого ужасного наказания, какое только придумаешь. Но сейчас вытащи свою голову из задницы и посмотри на это. — Он подтолкнул открытую книгу в направлении Василиоса, и тот опустил глаза на страницу.

Аласдэр пожалел, что не может видеть изображение, потому что предательский тик на щеке господина подсказал, что увиденное захватило его внимание — и не в хорошем смысле.

Василиос вырвал книгу из рук Элиаса, и в этот момент Лео застонал, привлекая внимание Аласдэра. Вампир отвёл глаза от происходящего и посмотрел на парня, заметив, как побелело его лицо.

Обеспокоенное выражение, появившееся на лице обычно счастливого Леонида, настолько встревожило его, что Аласдэру захотелось найти виновных и наказать их. Но он чувствовал, что это вне пределов его досягаемости, и после следующих слов Лео понял свою правоту.

— Их конец придёт. Он уже начался.

Лео ощущал, что все глаза в зале теперь устремлены прямо на него, и, как он и думал ранее, их было очень много.

Однако сейчас он не позволил себе зацикливаться на этом. Он не мог позволить себе этого. Ему нужно было убедиться в благополучии только двух вампиров в помещении. Один в данный момент держался за него так, словно он вот-вот исчезнет, а другой смотрел на него с обеспокоенным выражением на лице.

— Леонид, — сказал Аласдэр. — Что-то болит?

— Нет, — ответил Лео, а затем попытался сесть. Пальцы Аласдэра, крепко сжимали его руку, не давая подняться.

«Оставайся на месте, file mou. Сейчас многие здесь на взводе. Мы не хотим давать повод для чего-нибудь глупого, например нападения».

Лео прикусил нижнюю губу, но ничего не сказал, зная, что Аласдэр более чем прав. Он чувствовал, как в Зале нарастают враждебность и напряжение.

— Что ты имел в виду, как только очнулся? — спросил Аласдэр.

— А? Я что-то сказал?