Жилли посмотрел на Натана, оглянувшись.

— Дело не только в тебе, парень, — потом он добавил более мягким голосом. — Но твоя мать будет очень рада тебя видеть.

Дейм Бекуит стояла на крыльце, когда мы въехали на круговую подъездную аллею. Я была поражена, насколько старше она выглядела. Возможно, дело было в том, что в последний раз я видела её во сне Хелен, когда она была намного моложе, но когда она шагнула вперёд, чтобы поприветствовать нас, её походка казалась немного неуверенной, и когда она сжала мои руки и посмотрела мне в глаза, я увидела, что её характерно пронзительный взгляд затуманился катарактой.

Однако голос её был таким же глубоким и властным, как всегда.

— Ава, ты всё больше и больше похожа на свою мать. А ты, Хелен… да ты вся светишься! Ты…

— Всего несколько недель. Натан думал, что у меня морская болезнь на корабле, но у меня никогда не было морской болезни.

Глаза Дейм Бекуит наполнились слезами, когда она посмотрела на сына.

— Не волнуйся, мама, — сказал он, — Хелен уверена, что это девочка, так что у тебя будет ещё одна ученица в Блитвуде.

Казалось облака застили её взгляд, а может просто солнце отразилось от катаракты. Она крепко обняла Натана и повернулась к Рэйвину.

— Вы так красивы, молодой человек, ваши родители будут гордиться вами.

— Мои родители здесь? — спросил Рэйвен.

— Конечно. Дело касается Дарклингов по большей части. Пойдёмте, в Большом зале небольшой банкет, но встреча состоится в саду. Угоститесь чаем и бутербродами.

Она провела нас в Большой зал, который был переполнен старыми друзьями — людьми, Дарклингами и другими. Омар и Малыш Марвел были там с Сэмом и Агнес, Вионетта и Лиллиан болтали с нашими старыми учителями, Майлсом Малмсбери и Эуфорбией Фрост, Беатрис и Кам смеялись с Марлином и Луизой. Я увидела отца и бросилась обнимать его. Он стоял с мастером Квиллом, Мерлинусом и Рен, и толпой незнакомых Дарклингов. Все они пили чай, ели бутерброды, лепёшки и бисквиты «Виктория», которые Гарриет и Эммалайн Шарп с удовольствием раздавали. Когда Мерлинус повернулся, чтобы задать отцу вопрос, я извинилась и пошла с Рэйвеном поговорить с Марлином и Луизой.

После перемирия мы почти не виделись с Марлином. Его и Луизу отправили в Мюнхен, якобы в качестве атташе в Британское посольство, но я подозревала, что они всё ещё работают шпионами. Я видела, как он отвёл Рэйвена в сторону, чтобы поговорить о чём-то под названием «немецкая рабочая партия».

— Мы видели тени, таившиеся на их собраниях в пивных, — я услышала, как он сказал он Рэйвену.

Я вздрогнула и повернулась, чтобы поговорить с Луизой, но профессор Йегер уже увёл её.