Сквозь дымку боли Сальвия смогла сосредоточиться на своей ноге, которая была красной, как сырое мясо, но на ней все еще оставались пепельные пятна ткани. Она потянулась к одному из них правой рукой, собираясь содрать его, но Кассек схватил ее, чтобы помешать этому.

— Я просто хочу снять его, там не больно, — сказала она ему. Эти места были островками спокойствия в море агонии, которым была левая сторона ее тела.

Потом она увидела свою левую руку, и ее затуманенного болью зрения было достаточно, чтобы разглядеть те же пятна, которые на самом деле были не черной тканью, а обугленной кожей.

Она не чувствовала боли, потому что там больше нечего было чувствовать.

Сальвия опустила взгляд на ногу, где кожа пузырилась и покрывалась волдырями, и новые волны боли захлестнули ее. Затем она бросилась в океан боли и позволила глубинам поглотить ее в своей черноте.

ГЛАВА 109

После оползня все замерли, потрясенные взрывом пламени, света и жара. Но у Алекса была только одна мысль: Сальвия.

Он не считал людей, которых убил или покалечил, чтобы добраться до нее. Большинство из них бежали, а не сражались, но он не делал различий, прорубая себе путь через них. Они были препятствиями, не более того.

Кассек был уже там, склонившись над Сальвией возле огненной реки, вытекающей из огромного кургана грязи и стекла. Алекс опустился рядом с ней на колени и стал рассматривать все вокруг. Касс уже снял с нее пострадавшую одежду, хотя Алекс подозревал, что большая ее часть сгорела. Ее левая рука и нога лежали обнаженными, красными и покрытыми тошнотворными черными пятнами. Он ощупал ее шею, молясь о пульсе, и нашел его, неглубокий и учащенный. Жива, но без сознания, что было лучше для нее.

Пламя извергалось с вершины кучи земли. Казалось, плавятся сами камни, хотя по волнам жара это было трудно определить. Расплавленные потоки медленно продвигались вперед, выплескиваясь из трещин между камнями у основания. Ему нужно было перенести ее, но как ее поднять? Если он положит ее на левую руку, то будет жаться к ее ранам, но так он сможет лучше их укрыть. С другой стороны ему все равно пришлось бы держать ее, возможно, оказывая давление в местах, которые могли бы повредить ей еще больше.

— Мне нужно одеяло, — крикнул он Кассеку. Его друг поднялся на ноги и побежал. Алекс положил руку на плечи Сальвии и притянул ее к себе, прижавшись ртом к ее уху.

— Я здесь, Сальвия, — прошептал он. Ее спина выгнулась, а ресницы затрепетали. — Оставайся со мной. Я вытащу тебя отсюда. — Он прижался губами к ее измазанному сажей лбу.