— Нам нечего скрывать, — нежным голосом пропела она и улыбнулась той самой очаровательной улыбкой, которая заставляла отпустить все тревоги прочь.

— Хорошо, — пробормотал я, с удовольствием глядя на свою ласковую суньшейну. Она всегда была для меня маленьким островком спокойствия. Если бы не обязанность жениться на ней, она стала бы для меня настоящей преданной сестрой, о которой я бы с удовольствием заботился всю жизнь. Но… наш брак был обязателен, так что из сестры она должна была однажды стать моей супругой и Правительницей зоннёнского народа…

Тревога отпустила, и я поспешил пройтись по флагману, чтобы поздороваться с каждым зоннёном из его многочисленной команды. Я ценил каждого из них, потому что в их лице снова обрел свой многострадальный народ.

Еще два дня мы провели в трауре-воспоминании о маме и Заре, а потом Арраэх неожиданно объявил, что мы с Мией через семь иширских суток должны посетить торжественное мероприятие, устроенное в нашу честь.

— Ишир уже в курсе, что вы жених и невеста, — добавил он. — Мы передали им ваши фото и имена. Придя на этот прием, мы почтим их традиции и сможем закрепиться в этой части вселенной для выгодной торговли. Планета Мироан очень похожа на Диимору, но на ней почти нет полезных ископаемых. Поставки золота и серебра с Ишира нам сейчас очень нужны…

Я кивнул, соглашаясь на все это, но опять странное чувство потери сковало мою внутренность и заставило сердце биться сильнее и болезненнее.

Что же со мной происходит?

Кого или что я забыл?..

Попрощаться, отпустить…

Исида

Моя жизнь потеряла всякий смысл.

Руэля больше нет.

Разорванное тело киборга постоянно возникало перед моими глазами, и это вызывало внутри меня непереносимую боль.

Его нет, и меня тоже нет.

Мне не хотелось есть, не хотелось думать, не хотелось жить…

Несколько раз приходили парни из Академии во главе с Максом. Они уже знали, что я девушка. От этого немного смущались. При первом посещении Макс посмотрел на меня с примесью обиды и боли, но, видя мою сумасшедшую депрессию, изменил свое отношение на всепоглощающую жалость.

Но все они меня не интересовали. Мое сердце просто никого не вмещало, потому что Руэля больше нет…

Однажды пришел даже Дэйн Мортолл. Он смотрел на меня необычайно ласково, не так, как раньше. Почему-то в роли девушки я понравилась ему значительно больше. Однако на его лице все равно залегала скорбная складка: он сочувствовал мне. Думаю, он был в курсе того, что Руэль оказался киборгом (ребята же этого не знали). Но мне теперь все это было безразлично: и расположение моего экс-кумира, и его предложение вернуться в Академию на прежний курс (мол, Дэйн сам договорится, чтобы Академия впервые за время всего своего существования взяла на обучение девушку в чисто мальчишескую группу).