– Он связан со мной кровью. – Руа сплюнула, и ее слюна потекла по рукаву белоснежной рубашки Валорна.

Боль настигла мгновенно – Руа даже не заметила, как Балорн ударил тыльной стороной ладони по ее лицу. Щека Руа покраснела, глаза расширились, и Балорн усмехнулся:

– Руки еще помнят. – Он повернулся к очагу, вытащил свечу из канделябра и поднес к потрескивающему пламени. – Но работать руками – слишком скучно.

Он схватил Руа за указательный палец. Она дернулась, пытаясь вырваться из его хватки, но веревки при каждом рывке натирали запястья, рвали кожу. Балорн поднес свечу к пальцу Руа, и она закричала, когда пламя сожгло ее плоть.

– Стой! Балорн, остановись! – зарычал Ренвик, его цепи зазвенели.

Балорн убрал свечу подальше от Руа и пробормотал:

– Обожаю огонь.

Кончик пальца Руа пульсировал болью. Балорн опустился на одно колено, приблизился к ее руке и, втянув обожженный палец в рот, облизал. Выпустив его изо рта, он томно улыбнулся Руа:

– Лучше?

Руа затряслась, зарычала:

– Ты – демон, проклятый всеми богами!

Балорн ухмыльнулся.

– Думаешь, твой суженый намного лучше? Когда-то он был моим учеником. – Он склонил голову к Ренвику и спросил: – Сколько ведьм ты погубил? Как много их крови на твоих руках?

– Слишком много. – Грудь Ренвика тяжело вздымалась, он рвался и натягивал цепи.

– Но в пытках ты был довольно посредственным.

– Да. – Ренвик настороженно кивнул.

– И убивал ведьм ты только из милосердия? Ха-ха! – хохотнул Балорн и направился к Ренвику. – Все это время? Я-то думал, ты просто плохо владеешь клинком, но ты убивал их быстро и безболезненно специально, не так ли, маленький Ведьмоубийца?

– Не называй меня так, – прорычал Ренвик и, как только Балорн приблизился, подтянулся на цепях и ударил его в живот.

Балорн отлетел назад и упал на пол, но быстро поднялся и, отряхнувшись, процедил:

– Так и думал, что тебя на этих цепях надо было подвесить. – Он покачал головой, будто это была шутка, над которой они все позже посмеются. – Ты, кажется, забыл, что я приковал твою суженою к столу.