– Знаешь, тебе поразительно идут украшения. Так что теперь я наверняка знаю, что вам подарить на свадьбу.

– А разве разрешение на брак не было подарком?

– Нет. Мне бесконечно жаль, что тебе не довелось примерить белое платье, но я надеюсь, что мой основной дар придется по душе больше, чем кружево и фата.

Мы спускались по лестнице в зал и я слышала невидимые фанфары, играющие марш Мендельсона. Торжественный момент не портили ни факт уже свершившего венчания, ни его скоропалительно-необходимый характер. Столпившиеся внизу слуги замерли, со слезами на глазах оглядывая худенькую новобрачную, особенно красивую в свете магических светильников.

– Ты… ты прекрасна, – севшим голосом сказал Ясень, принимая у меня из рук ладонь супруги. Та только покраснела и закрылась волосами, как полагается всякой скромной девице принимать комплименты. Ну или робкой служанке, не привыкшей к такому вниманию.

Почетное право произнести первый тост дружно уступили мне, как первому официальному лицу среди прочих. Я подняла бокал, привлекая внимание рассевшихся за стол домочадцев.

– У меня нет власти объявить вас мужем и женой, как у священника. У меня нет власти наказать вам любить друг друга, как у бога. Но у меня есть иная власть, которой я впервые в жизни не слишком рада. Мира, Ясень. Моею волей вы вступили в союз, моя воля ослабила ваши клятвы абсолютной верности. И я бы хотела преподнести вам свадебный подарок. Когда вам обоим исполнится семнадцать лет и каждый из вас успешно встретит свое совершеннолетие, я освобожу вас от клятв рода полностью. Кроме того, по законам ваш ребенок должен родиться собственностью рода Амори́, но я снимаю это обязательство. И через три года все вы получите вольную, не лишившись, разумеется, защиты моего рода, если она будет необходима.

В зале наступила тишина. На меня вытаращились абсолютно все, за исключением пары серых глаз. Еще бы, беспрецедентное заявление, никто в здравом уме не отказывается от личных слуг, проверенных временем и обстоятельствами.

– А причем тут были украшения? – обалдело спросила Мира, забыв об амплуа смущенной красавицы.

Я лишь выгнула бровь в сторону новобрачного и с удовольствием пронаблюдала, как он засуетился. Из недр поддержанного, но праздничного сюртука вынырнула бархатная коробочка.

– М-мира, моя дорогая с-супруга, – заикающимся голосом начал Ясень. Хе-хе, разволновался. – Так как ты теперь моя жена перед богом и людьми, а госпожа подарила нам вольную, вступающую в силу через три года, я бы хотел основать собственный род. Род со своей особой магией и зафиксировать это не просто юридически, но и с твоего полного одобрения. Ты согласная стать прародительницей нового клана?