– А можно я потом всё послушаю? Ваши криворукие конюхи привязь еле-еле закрепили, того и гляди сорвутся наши кобылушки.

– Чурбаны даже камины не вычистили как следует, а уже топят, дров не щадят. Никуда не годится, батюшка, пороть таких разгильдяев надо. Ваша болтовня, конечно, интересна, но мы тут все от дыма вскоре задохнемся, ежели не вмешаться.

– Сдаюсь, – поднял руки Виктор. – Дом в вашем распоряжении.

Довольные слуги сбежали из гостиной, пробурчав, что узнают всё позже, не так уж и любопытно, кто устроил разборки на барской арене. На диванчиках остались только мои помощники – бдить и контролировать, чтобы никаких вольностей его высокородие себе не позволял.

– Итак, граф, мы слушаем, – мило улыбнулась я, принимая чашку горячего чая, украшенного засушенными лепестками василька.

– Для начала, уважаемые, ответьте, знакомо ли вам понятие рецессивного гена?

Рецессивный ген? Надо их науку как-то в сторону механики и термодинамики пнуть. Потому что изучение графологии и генетики на фоне карет и парусных кораблей выглядят натуральным издевательством.

– Непроявленный в гетерозиготе ген, подавляемый доминантным, – вежливо ответила я.

– Верно. А знакомы ли вам случаи рождения детей, в которых взыграли слабые, подавленные гены?

– Не томите, советник. Мы благодарные слушатели, но не гнушаемся насилием.

– Гхм, простите. Итак, за всеми вашими несчастиями стоит человек, в чьем наследии проявились рецессивные гены, сделав его исключительной личностью и изгоем одновременно, – на стол лёг черно-белый портрет человека.

Мы склонились над рисунком. Заостренный подбородок, густые брови, выразительные скулы и совершенно нечитаемый взгляд не сказали мне ничего.

– Да не может быть! – воскликнула служанка.

– Деньги правят миром, значит… Действительно, нарочно не придумаешь.

Я вопросительно уставилась на слуг, прикрыв профиль волосами. Если уж они знают изображенного мужчину, то графиня Амори́ и подавно обязана. Только я была готова поклясться, что вижу его впервые.

– Тридцать пять лет назад Тион праздновал и ликовал из-за рождения этого человека. Сегодня он воюет против соседей из-за него же. Забавно, как изгаляется судьба, не правда ли?

– Мой чай будет изумительно смотреться на ваших белых брюках. Не правда ли?

– До чего же вы нетерпеливы к интригам, милая леди, – засмеялся советник, украдкой пожимая мои пальцы. – Но я удивлен, что вы ещё не поняли сами.

– Ну, это ясно, у кого, как не у министра финансов, найдётся столько денег, чтобы спонсировать королевский заговор, – вмешался Ясень, не давая графу подумать над собственными словами. – Но причем тут рецессивный ген?