Магические фонарики развешаны вдоль тропинок и манят, как болотные духи из земных сказок. Надеюсь, я не попаду в очередную ловушку.
О, мне для разнообразия везет! Это королевский сад. Меня выбросило недалеко от моих покоев в вайстальском дворце.
Невероятный фарт. Как будто Вселенная, недосмотрев или перепутав с кем-то другим, наделила удачей.
Я медленно кралась по знакомой дорожке. Дрожа от малейшего шороха, готовилась броситься в кусты даже при тени опасности.
Вот и любимая беседка фрейлин принцессы Марибель. Узорчатая, из белого камня, будто из кружева, оплетенная ароматными цветами, которые полностью захватили кажущееся хрупким строение. Золотой свет магических фонарей делал беседку еще романтичнее, чем днем.
Я проходила мимо, когда услышала характерный звук. Звук поцелуя. Страстное лобзание. Почему-то меня аж передернуло.
Беседка не пустует, какая-то влюбленная парочка устроила здесь полуночное рандеву.
Тем более стоило пройти по возможности быстрее.
– Подожди… Не надо… – задыхаясь, взмолилась девушка.
Я остановилась как вкопанная. Это что… Мне не послышалось? Это же ненавистный писклявый голосок Марибель?
Потрясение усилил печальный упрек, высказанный мужчиной:
– Ты меня не любишь, Мари.
Земля закачалась под ногами. И этот голос мне знаком! Да еще как!
Король Эрмарии под покровом ночи встречался с принцессой Вайстала.
– Я люблю тебя, очень, но не хочу вот так, – взволнованно произнесла Марибель и вновь попросила: – Пожалуйста, не надо, Рель…
– Почему не сейчас? Ты все равно станешь моей женой, Мари. Или ты солгала о своей любви?
Я скривилась: мой дисгарский братец манипулировал грубо, а ведь мог действовать мягче и незаметней. Не считает нужным? Решил, что Марибель никуда не денется?
– Чтобы стать твоей женой, я предала брата… подкупила жрицу, устроила отбор… Ради тебя, Рель! – В голосе принцессы звучало негодование.
Я же возмущалась мысленно, присев за кустом.
Неожиданный поворот, фиговый. И многое объясняет. Марибель устроила отбор? Как, если его объявили, когда богини покарали слепотой наследного принца? Хотя… местные жрецы без стеснения выдавали свои хотелки за волю богинь… Оставалась слепота, которую не смогли вылечить целители.