Неким образом он почувствовал, как Изибель вздрогнула.

– Вам стыдно, миледи? Вы это заслужили.

Даже при мысли об этих слова Дому хотелось забрать их обратно. Даже если он говорил правду. Из-за решения Изибель Таристан выбрал страшный путь. Если бы не она, возможно, он никогда бы не стал марионеткой Того, Кто Ждет, грубым орудием короля демонов. Ее решение, каким бы незначительным оно ни казалось, обрекло мир на гибель.

– Но вы можете помочь остановить то, что начали, – подумал он и снова потянулся к ее магии, пытаясь удержать ее. – Положите ветку, возьмите в руки меч.

Послание пропало, свет правительницы исчез за деревьями.

– Я не могу. – В его голове раздался голос тети, с каждой секундой звучащий все тише. – Домакриан, твое время на исходе. Возвращайся домой.

– Нет, – прошептал он вслух, надеясь, что она все еще слышит его. Это слово могло стать последним словом в его жизни.

Холм возвышался, неподалеку стоял храм. Аромат Айоны исчез, остался запах зимнего леса и какой-то гнили, похожей на запах болезни.

Дом соскользнул с лошади и взял в руки меч, старая мантия все еще лежала на его плечах. Когда магия Изибель покинула его разум, он ощутил внезапную пустоту.

Вместо этого он подумал о Рие, имя кузины снова и снова звучало в его голове. У бессмертного не было магических способностей, как и у нее, но он все равно попытался связаться с ней, направляя свои мысли в ту местность, где она могла бы находиться. «Изибель не могла связаться с ней», – понял он, и эта новость пугала. Либо она оставалась где-то слишком далеко под защитой какой-то непонятной ему магии, либо она вообще находилась за пределами мира. «Мертвая». Ему не нравилась подобная перспектива. Но он не собирался бросать свою кузину и никогда не смог бы смириться с этим.

Дом привязал поводья лошади к дереву у подножия холма, подальше от всего, что могло быть на другой стороне. Теперь он использовал свои воспоминания о храме вместо того, чтобы бежать от них. Он старался не думать о телах своих павших товарищей, а вспоминать территорию, которая ждала его впереди.

Бессмертный шагнул в пожелтевшую траву, нащупывая опору на грязном холме. Том самом холме, на котором много месяцев назад стоял Эндри и охранял лошадей. Дом знал, что над поляной возвышался холм, а на противоположной стороне стоял храм. Старый храм из белого камня, много веков назад построенный руками видэров и теперь потрескавшийся. Доносившийся из единственной колокольни глубокий звон напоминал удары молота. Сейчас колокол молчал, но Дом знал, что все может быстро измениться.