– Трекия? – прищурившись, пробормотала Эрида. «Очень далеко от Айбала, практически на другом конце света». – Почему Трекия?

Торнуолл беспомощно покачал головой, на это у него не было ответа.

– Я знаю почему.

Таристан показался из арочного проема, красная тень на фоне розово-белых стен. Стоило Эриде увидеть его, как ее сердце сжалось, а глаза округлились. Она отошла от Харрсинг, жестом приглашая Таристана подойти.

– Присоединяйтесь к нам, Ваше Высочество, – сказала она хриплым голосом.

Остальные поклонились, пропуская ее супруга.

Он издал горловой рык и взял Эриду за руку, наклонившись к ней. Его пальцы обжигали кожу, хватка была настолько сильной, что на руке королевы могли остаться синяки.

– Храм, – сказал он ей на ухо. Его голос непривычно дрожал от отчаяния. – Он недалеко от границы, в нескольких днях верхом.

Эрида стиснула зубы, сдерживая рвущиеся наружу проклятия.

– Безотлагательно отправьте послание гарнизону в Джидаштерне, – приказала Эрида, пронзая Торнуолла взглядом. – С всадником, лодкой, все равно, как вы посчитаете нужным. – «Скорее всего, и то, и другое», – подумала она, вспоминая дорогу на севере. – Также отправьте людей из Аскала. Мне нужна сама Корэйн или ее голова. Не меньше.

Торнуолл кивнул в знак согласия, но остался стоять на месте, все еще выглядя обеспокоенным.

Обычно он не мешкал, особенно когда получал приказ от самой королевы.

Эрида смотрела на него, чувствуя, как его смятение передается ей самой. Страх сковал ее горло.

– Что еще, милорд? – Она понизила голос. – Кониджин?

– Сами увидите, – ответил Торнуолл, жестом приглашая Эриду и Таристана следовать за ним.

Волной шелка и доспехов они быстро проследовали к большому залу, командир и его люди едва отставали от Эриды. Королева прошла через арки из розового мрамора, а затем под позолоченными потолками, расписанными сельскими сценами с лугами и фермами, идиллическими побережьями и зелеными виноградниками.

Бордовые знамена и драпировки все еще свисали с галереи наверху, хотя флаги по всему городу заменило изображение льва Галланда. Казалось, холодный воздух расступался перед ними, сжигаемый присутствием Таристана. Эрида даже приспустила свои меха.

Когда они вошли в тронный зал, кресло на возвышении выделялось внушительным силуэтом на фоне стены окон, подсвеченных странным цветом неба. Сама комната была почти пуста. Без толпы придворных она казалась еще меньше. Эрида вздрогнула, когда они прошли под гобеленом с серебряными жеребцами – последним свидетельством королей Мадренции.

«Нет, не последним», – поняла она, и ее взгляд упал на дюжину людей, собравшихся перед троном. Большинство – галлийские солдаты в зеленых туниках, только что вернувшийся вооруженный конвой, от которого все еще пахло лошадьми. Среди них стояла дрожащая девушка, светлая коса которой доходила до поясницы.