В зале повисло молчание. Ингрид Рихтер выждала положенные шестьдесят шесть ударов сердца, хотя сердце самой Вильгельмины билось чаще, повернулась к креслу и преклонила колено.

– Ваше высочество, никто не осмелился посягнуть на ваше право владеть Илехандом. – Теперь голос генерала-регента, выговаривающий слова, впервые сказанные много веков назад, звучал торжественно, и Вильгельмина расслышала в нем ноты радости и облегчения. – Ваши верные вассалы ждут вашего решения. Будет ли сохранен установленный в веках порядок, и примет ли кровь от крови рода Фершланге наше королевство под свою руку?

На этот раз шестьдесят шесть ударов сердца было отсчитать еще труднее. Ведь теперь надо будет отвечать самой Вильгельмине. Весь малый тронный зал замер в ожидании. На лицах многих людей кронпринцесса успела прочитать нетерпение, переходящее в откровенный страх. Неужели кронпринцесса подумает и откажется от трона? Все уже знают, что у нее появились две старшие сестры. Не захочет ли она передать власть одной из них? Решив не мучить своих подданных, Вильгельмина прибавила к своему счету еще несколько ударов, чуть приподняла подбородок и ответила:

– Волею Бога нашего Хора, я, Вильгельмина, вторая этого имени, из рода Фершланге, кровь от крови древних королев, ведущих свой род от могущественного Духа Огня, обещаю быть блюстителем установленного в веках порядка и соблюдать и защищать права всех верных вассалов.

Среди людей дуновением ветерка пронесся дружных вздох, генерал-регент отошла в сторону, и к малому трону важно прошествовала герцогиня Бертильда. Вильгельмина незаметно выдохнула – все в порядке, значит, она верно произнесла церемониальную фразу.

Совершенно трезвая, по крайней мере, на вид, герцогиня опустилась на одно колено.

– Я, Бертильда, герцогиня крови и владетель Золотых Дубов, отдаю в руки старшей сестре свою жизнь и свои леса.

– Я благодарю возлюбленную сестру мою и прошу занять место подле меня.

Бертильда выпрямилась и вернулась на свое место.

Старая Оттилия медленно, но упрямо пошла вперед и с трудом приняла позу для присяги. Вильгельмине очень хотелось поддержать ее за руку, и, похоже, не ей одной, поскольку хлипкое тело старухи в мехах покачивалось. Однако это было запрещено. Герцог крови обязан приносить присягу, держась на своих ногах, и без посторонней помощи.

– Я, Оттилия, герцогиня крови и владетель Жабьего Пруда, отдаю в руки старшей сестре свою жизнь и свои виноградники, – проскрипела она.

– Я благодарю возлюбленную сестру мою и прошу занять место подле меня. – Как бы она не отдала свою жизнь прямо здесь, во время церемонии. Но старуха также медленно, с трудом, но успешно поднялась и заковыляла к креслам. Всем бы дворянам такую выдержку. Хотя самые верные вассалы редко доживают до лет герцогини Жабьего Пруда.