– Я не знал, кто он, ваше величество, – объяснил граф. – Я схватился с герцогом Лючано, и он сбил мне телепорт. Мне жаль, что он погиб.

– О чем вы говорите? Лючано жив и даже почти здоров. – Король удивленно взглянул на него. – А полученный им шрам, скорее, поспособствует популярности у женщин.

Марио ощутил такое облегчение, что, если бы это было возможно, взлетел. Или обнял бы короля на радостях. Сын Леонардо жив! Значит, герцогу Синих Камней незачем посвящать свою жизнь выслеживанию и убийству графа Риччи. И все мучительные размышления Марио и его приготовления были зря. Впрочем, нет. Не появись он в этот вечер в тусарском дворце, на месте Фельского Мельника лежал бы сейчас король Тусара. Неужели у него судьба такая – спасать людей, находящихся в смертельной опасности? Может, стоило в свое время перевестись в Первую Башню? Марио поправил воротник и кашлянул.

– Ваше величество, полагаю, мне пора.

Король пристально посмотрел на него.

– Вы правы. Надеюсь, вы понимаете, что в Тусаре вам лучше не показываться. Я не забуду то, что вы сделали для меня сегодня, однако не забуду и ваши письма.

– Понимаю, – кивнул Марио.

– Я приму решение о вашем титуле и землях и оповещу вас… – сказал король Лоренцо и вопросительно взглянул на Марио.

– Морская Длань, – коротко ответил тот.

Король усмехнулся.

– Я в вас не сомневался. Мне пора звать стражу. – Он поднялся с кресла и устало оперся на опрокинутый стол. – Прощайте, граф.

Марио активировал портал и вскоре стоял в гостиной столичного особняка Корфов.

– И ты отпустил его? – спросил Леонардо.

– Как будто я мог помешать ему уйти, – пожал плечами Лоренцо.

Еще вчера Леонардо пришлось покинуть дворец, чтобы проводить свою жену в Синие Камни. Обеспокоенной судьбой сына Албертине оказалось мало полученного письма от мужа, и она решила лично явиться в столицу, в сопровождении мага, чтобы узнать, что именно Леонардо предпринял для спасения Лючано. Успокоить взволнованную Албертину, раздраженную к тому же решением Лоренцо вернуть Джулио Пальи должность придворного мага, было нелегко. К тому же, разговаривая с женой, Леонардо чувствовал непривычную вину, что совсем выбило его из колеи. Образ светловолосой женщины и аромат ее духов упорно стоял в памяти герцога, даже когда он заключил Албертину в успокаивающие объятия.

Наконец, намного приободренная Албертина согласилась вернуться в Синие Камни и ждать там вестей о сыне. Леонардо счел за лучшее перенестись в свой родовой замок вместе с женой, чтобы окончательно успокоить ее, а заодно и свою совесть. Ночью, когда умиротворенная ужином в обществе мужа Албертина заснула, Леонардо еще долго ворочался в кровати, обвиняя себя в том, что не смог заставить себя прийти в комнату к жене. В последний раз они делили постель больше полугода назад. Герцог постоянно жил в столице и редко навещал Синие Камни. Сегодня же причина того, что Албертина засыпала одна, была вовсе не в расстоянии между ними. А в том, что теперь Леонардо нужны были другие объятия.