– Я организовал два покушения, но с другой целью, – покачал головой Ридель.

– Чем сбили меня с толку. – Зигфрид откинулся на жесткую спинку. – Я решил, что Йенс сам разыграл эти покушения, чтобы получить власть за спиной Вильгельмины. Он не мог не знать о серьезной болезни Фредерики. И Мышелов убедил меня в моей правоте.

– Рассказав о том, что покушения моих рук дело, – понимающе усмехнулся Рудольф Ридель.

– Допустить Йенса к трону я, как вы сами понимаете, не мог. И позволить ему расправиться с собой, приди ему это в голову одним прекрасным утром, тоже. – Зигфрид внимательно наблюдал за сидящим рядом человеком, однако не было похоже, что кавалера Риделя как-то смущал его пристальный давящий взгляд.

– Вы держали Вильгельмину на корабле Алберта Ротмана. – Теперь он уже не спрашивал.

– Уверяю вас, она себя прекрасно там чувствовала. – Зигфрид вспомнил, как принцесса учила матроса шутить над недругами, и улыбнулся про себя. А воспоминание о ней, мокрой и дрожащей в его объятиях после вынужденного купания в море, отозвалось сладким тянущим чувством во всем теле.

– Представляю, что вы подумали, когда герцогиня Оттилия предъявила вашего брата и его ребенка, – с сочувственными нотками в голосе заметил Ридель. – Я и сам, признаться, пошел по ложному пути после того злосчастного собрания.

– И, расследуя заговор, которого не было, попали в руки Фридриха и Максимилиана.

– И Магистра Первой Башни Элфриды, – закончил Ридель. – Интересная женщина. Герцог Максимилиан ей очарован.

– Вот как. – А у кавалера Риделя, оказывается, есть много всего в запасе, о чем неизвестно Зигфриду. – Однако Максимилиан сегодня посетил нас в полном одиночестве и был не весел. Вероятно, прекрасная дама или не смогла прибыть, или покинула его.

Рудольф Ридель блеснул зубами в неожиданной улыбке, но она тут же погасла.

– Ваша светлость, – начал он тревожным голосом, – я могу надеяться, что некоторые наши… дела останутся между нами? Мне бы не хотелось огорчать свою невесту и, конечно же, ее величество неприятными моментами из прошлого.

– Понимаю. И соглашусь с вами, – ответил Зигфрид. Как будто он сам жаждал поведать Ингрид Рихтер и Вильгельмине об участи покойного Йенса. – Значит ли это, что вы принимаете мое предложение?

– Я уже принял его, ваша светлость. – Ридель прямо смотрел на него. – Я сижу перед вами. Вам нужен отчет или вы предпочитаете устные совещания?

– По обстоятельствам, – позволил себе улыбнуться Зигфрид.

Внешний парк королевского сада этим вечером был свеж и тих. Пышные клумбы змееобразной формы с лилейниками, азалиями и флоксами причудливо вились между высокими деревьями вдоль выложенных камнем дорожек и спускались к небольшому пруду с прозрачной водой. Женщина, одетая в вычурное жемчужно-серое платье, любовалась цветными рыбками, мелькающими в воде. Мужчина в форме с лейтенантской перевязью, стоящий перед ней, смущенно кашлянул.