— Я думаю, все было наоборот.

— Почему это так важно?

— Кто-то решил взять мой Дом под прицел, Альберт. У вас есть одна минута, чтобы дать мне ответ.

— Я хотел на тебе жениться, — прошептал Альберт.

Мне хотелось сказать, что мне жаль. Я хотела обнять его и сказать ему, что это не конец света, но любая слабина с моей стороны, любое проявление доброты или сострадания, и Кристиан сможет выскользнуть у меня из рук.

Я позволила своей магии излиться из меня. Когда я заставляла людей влюбляться в меня, мои крылья были великолепными, зелеными, золотыми и мерцающими. Крылья, выросшие из моей спины, теперь были черными. Кончики моих перьев пылали алым, словно я окунула крылья в кровь. Это была другая сторона медали. Я узнала о ней после ухода Алессандро, когда мне было плохо, и я хотела, чтобы меня оставили в покое. Однажды вечером Леон пристал ко мне за ужином, я потеряла контроль, и состоялся дебют «черных крыльев». Семья ошеломленно молчала целых тридцать секунд. А потом всю неделю все называли меня принцессой готов, а Арабелла продолжала оставлять у моей двери романы о вампирах.

Мои крылья расправились, огромные, черные, пугающие. На самом деле я ничего не могла с ними поделать, как могла бы использовать свои другие крылья, чтобы соблазнить, но они выглядели впечатляюще.

Оба мужчины сделали шаг назад.

— Не думаю, что мы стали бы хорошей парой, Альберт. Двадцать секунд.

— Он ничего не знает, — продолжил настаивать Альберт.

— Десять секунд.

Кристиан плюхнулся в кресло.

— Ладно.

Альберт нахмурился.

— Ты рассказал кому-то о ее кузене?

— Это случилось в клубе. На поле для гольфа ко мне подошел молодой телекинетик.

— Откуда вы знаете, что он телекинетик? — спросила я.

Кристиан криво ухмыльнулся.

— Ему не требовалось доставать свои мячи из лунок руками.

— Когда это произошло?