— Я вижу одни ограничения, — тихо сказала Иржин. — Слишком много ограничений.

— Ограничений много, — согласился милорд Десуор и помог своей ученице сесть в кресло. — Но ведь мы не все знаем о нашем даре. Да и плюсов немало.

Забрав поднос и чашки, ректор ушел куда-то в полумрак. А Иржин подметила, что дрожь усиливается.

"Одно сгнившее перышко, и я уже трясусь, — с горечью подумала она. — А я-то думала, что мой дар ого-го".

— Пейте аккуратно. — Вернувшийся ректор поставил перед Иржин чашку. — Что-то случилось?

— Просто… Просто я думала, что у меня сильный дар. А он… Пшик, и все.

— Вам станет легче, если я уточню, что не ожидал, что у вас хоть что-то получится? Первые пять-шесть занятий студенты зазубривают жесты, и редко у кого получается хоть что-то.

— Почему?

— Потому что магия Времени очень зависима от эмоций. Вы хотели попасть в Академию вовремя, и ваш дар пошел вам навстречу. Вы хотели успеть записать лекцию во что бы то ни стало — пожалуйста. Но это плохой подход, опасный. Вы можете захотеть чего-то слишком большого, чего-то слишком сложного, а магия, как бы нам ни хотелось обратного, собственным сознанием не обладает. И вы убьетесь, делая то, что желаете, но то, что вам не под силу.

Иржин допила чай и отметила, что дрожь начала стихать.

— Посидите еще полчаса, — мягко произнес ректор. — Хочу, чтобы вы были у меня на глазах. Потом можете быть свободны. До следующего занятия.

Встав, он прищелкнул пальцами, и полумрак медленно истаял. Сев за стол, милорд Десуор придвинул к себе какие-то бумаги и достал перо. Затем, будто о чем-то вспомнив, поднял на Ирж взгляд:

— Я могу дать вам монографию одного из прародителей Арнского рода. Не на вынос. Но сейчас у вас есть полчаса, и вы можете немного почитать. Там сплошные рассуждения, но они неплохо настраивают на рабочий лад.

— С удовольствием. — Иржин выбралась из кресла и подошла к столу ректора.

Пока он искал монографию, леди дер Томна безразлично скользила взглядом по бумагам, разбросанным по столу. И вдруг ее взгляд зацепился за один, казалось бы, ничем не примечательный лист. Просто запрос в королевскую канцелярию на партию артефактов для учеников. Вот только…

— Это вы писали? — аккуратно спросила Ирж

— А кто ж еще? — удивился ректор.

— Значит, и расписание нам подбросили тоже вы, — прищурилась леди дер Томна. — Тогда, когда ориентирование в лесу должно было стать сюрпризом. Почему вы это сделали?

— Потому что я не сомневаюсь, что вы, Иржин, успели бы и позавтракать, и сбегать переодеться, и вовремя прибыть на построение. После чего вы бы с крайним истощением отправились к Лорне. Ваш дар опасен, да. Но опасен он в первую очередь для вас. И мой долг не только научить вас им управлять, но еще и сберечь. Держите. Не бойтесь, она выглядит ветхой, но довольно хорошо зачарована.

Поблагодарив ректора, Ирж вернулась в кресло и вчиталась в неровные строки. Через пару абзацев стало ясно: милорд Арнский, писавший этот текст, в ужасе от собственной силы. Он пытается найти объяснение и не находит, боится за свою семью и считает себя чудовищем.

«Получается, он был одним из первых? Первым всегда тяжело», — отстраненно подумала Ирж и спросила у ректора:

— Это он начал разрабатывать распальцовку?

— Да, но милорд Арнский называл это "направляющими движениями", — не отрываясь от бумаг, ответил милорд Десуор.

— Ясно, спасибо.

В итоге Иржин просидела у ректора куда дольше, чем полчаса. Она и не заметила, но милорд, потянувшись, посетовал, что они пропустили ужин.

— Пару сэндвичей? — предложил он. — Не могу отпустить вас голодной.

— Да, спасибо, — кивнула смутившаяся Иржин.

"Обязательно принесу шоколадку на следующее занятие", — клятвенно пообещала она самой себе. А вслух произнесла иное:

— Я могу после наших занятий заниматься в тренировочном зале?

— Да, но только никаких нормативов на время, — разрешил ректор. — Все в спокойном, ровном темпе. Иначе ваша магия вам так поможет, что Лорна не спасет.

Кивнув, Ирж аккуратно перечитала строчку, на которой остановилась, и вернула монографию милорду.

Поужинав сэндвичами, они распрощались, и Ирж решила вернуться в общежитие. На тренировку не было ни физических, ни моральных сил. Вяло отшутившись на вопросы подруг, она пообещала "расколоться" перед завтраком, после чего, едва раздевшись, рухнула в постель и уснула. И ей было глубоко наплевать, что для сна еще рано и что не сделано домашнее задание. Лучше встать пораньше, чем сейчас сидеть над учебниками и ничего не понимать.

Глава 11

Глава 11

На завтраке Лидан присоединился к подругам и, таинственно улыбнувшись, вытащил из сумки небольшую коробочку. В ней, утопая в нежнейшем пуху, лежало маленькое блюдечко и металлический шарик, испещренный руническими цепочками.

— Заглушка, — торжественно произнес дер Нихрат и, вытащив артефакт, водрузил его в центр стола. — Пока шарик бегает по блюдечку, нас никто не подслушает. Будут улавливать только отдельные предлоги.

— Круто, — восхитилась Натив. — Тебя дома не четвертуют? Этот артефакт стоит как пол-Академии.

— Мама сама мне его дала. Сказала, что если у меня появятся друзья, то и заглушка пригодится. А ей она ни к чему. Ты не подумай, — Лидан посмотрел на Иржин, — это я не из-за того, что рассчитываю на твой рассказ. Просто когда я сидел со своими прежними сокурсниками, то слышал много чужих разговоров — столы-то близко.

— Ты молодец, — тепло улыбнулся Ирж. — А рассказывать я буду вечером. Долго, вдумчиво и с пояснениями. И еще — тебе придется делать разминку для рук. Утром и вечером.

— Разминку? — удивился Лидан.

— Пока только разминку, — серьезно сказала Иржин. — И ты должен пообещать, что не перейдешь к практике, пока я не разрешу. А я не разрешу до тех пор, пока не научусь так, чтобы тебя подстраховать.

— Я бы отдал эту магию, — вздохнул Лидан. — Насовсем. Пусть бы уж лучше и вовсе этого дара не было, чем вот так.

— Я спрашивала, — Ирж посмотрела в глаза дер Нихрата, — скольких ты готов принести в жертву ради исполнения своего желания?

Мальчишка задумался, покусал губу, а после покачал головой:

— Я не готов убивать, чтобы жить. Убить, защищая свою жизнь, — одно. Подло зарезать на алтаре — другое.

— Вот и молодец, — подытожила Алиана. — А Иржин позаботится о том, чтобы ты не пожалел о своем благородстве. Ирж, расскажи хоть что-нибудь!

— Мне почти удалось сознательно применить магию Времени, — усмехнулась Иржин. — За это я расплатилась дрожью и сильной усталостью.

— Мы заметили, — эхом откликнулась Лесса. — Лидан, оцени, наша Ирж вернулась за три часа до отбоя и рухнула спать. Даже не попыталась сделать задания или что-нибудь почитать. Так что отнесись ко всем ее предупреждениям серьезно.

— Я серьезен, — надулся дер Нихрат.

— Но ты юноша, — примирительно улыбнулась Алиана, — вам, мужчинам, свойственно бежать впереди призовой лошади.

Лидан польщенно зарделся и, прижав руку к сердцу, пылко произнес:

— Клянусь, что буду слушать Иржин дер Томна.

— С этим разобрались, — деловито кивнула Натив. — Я так понимаю, что теория темпоральной магии — фуфло и ложь, а у настоящей магии Времени ее особо и нет? Вот же свезло.

— Я могу умереть, он может умереть, — криво улыбнулась Иржин, — а все потому, что нет теории. Нет наработок. Никто не знает, как сделать лучше, потому что никто не изучал магию Времени. Да, Вик, везет нам, что нет теории.

— Прости, — смутилась Натив.

— Да что уж там, — отмахнулась Иржин. — Еще нельзя никуда торопиться и желать чего-нибудь слишком страстно. Иначе моя магия мне так поможет, что последствия либо останутся со мной на всю жизнь…

Тут Ирж с трудом удержала на языке тайну цвета волос ректора, и поспешно добавила:

— Либо не останется самой жизни.

— Ты хотела сказать что-то еще, — проницательно произнесла Алиана.

— Да, но удержалась. Это чужая тайна.

— Тайна ректора? — восхитилась Натив. — Он не только сильный маг и богоподобный красавчик, у него еще и тайна есть?

Иржин чуть не выплюнула кашу в тарелку. Богоподобный?!

— Это кто ж его так назвал-то? — со смешком спросила Лесса, пока Ирж пыталась не кашлять.

— А вы не знаете? — захихикала Натив. — В прошлом году лучшая ученица магистра Труви наколдовала иллюзию напротив двери ректорского кабинета. Только одна фраза, но какая! М-м-м…

— Какая фраза-то? — подпихнула подругу Алиана.

— Тайна на тайну? — искоса посмотрела на Иржин Вик.

Но та шутки не поняла и очень серьезно произнесла:

— Я не выдаю чужих тайн. Сознательно — точно не выдаю. И стараюсь не проговариваться.

— Вообще-то, это была шутка, — отозвалась Натив. — На стене до сих пор красуются ядовито-розовые буквы: "Полюби меня, о богоподобный". И подпись.

— Она больная? — оторопела Тродваг.

— Нет, ей кто-то любовное зелье подлил. А первым на глаза попался именно ректор. Целитель Лорна и твоя, Алиана, магистресса до сих пор не могут зелье из ее организма вывести, — Натив криво улыбнулась, — я разговор завела к тому, чтобы ты, Ирж, была аккуратна. Вайрона дер Айлер безумна. И до зелья была безумна, а уж после… Она нападает на тех, кого считает помехой своему счастью. Иллюзионист-боевик — страшная сила.

— Почему ее не убрали из Академии? — удивилась Алиана.

— Потому что она не просто попыталась покончить с собой, когда ее отправили в городской дом исцеления, — вздохнула Натив. — Она очень профессионально и со знанием дела вскрыла вены. Едва откачали. И тогда родители каким-то образом пропихнули ее обратно в Академию.