– Сдавайся. Твой отец сказал, что обойдет район вечером для профилактики преступности. Но я видела здесь несколько отбросов, они наверняка с ним встретятся.

– Гори в аду, тварь.

– Что, никогда никого не теряла? Тогда начинай привыкать к этому, сестренка. Я вот каждый день что-то теряю. И так всю жизнь.

Луна швырнула окровавленный нож и медленно растворилась в темноте переулка. Тэыль упала на колени, из последних сил нащупала в кармане телефон и позвонила в службу экстренной помощи.

– Центр управления полицией, это лейтенант Чон Тэыль. Вызовите подкрепление. Я у Хёджаро, 13. Пришлите патруль как можно скорее, умоляю.

Рассудок мутился из-за страха за отца Тэыль пыталась ползти, но голова дико раскалывалась. Привалившись спиной к стене, она схватилась за виски.

И снова возникло новое воспоминание.

– Извините! Мужчина на лошади!

Перекресток Кванхвамун. Гон, ехавший на белом коне, оглянулся на голос Тэыль. Встретив ее спустя столько времени, он спешился и широкими шагами направился к ней.

– Наконец-то я нашел тебя, лейтенант Чон Тэыль.

Двадцать пять лет он тосковал по Тэыль, глядя на ее фото на удостоверении.

Тэыль посмотрела на него с любопытством:

– Ты правда пришел. На площадь Кванхвамун. И на тебе действительно пиджак с кучей пуговиц.

– Это странно. Похоже, ты меня знаешь. – Гон выглядел изумленным.

Даже гримаса удивления не портила это красивое лицо. Она видела его дважды: когда ей было пять и двадцать семь лет. От его взгляда Тэыль наполнило удивительное чувство – чувство, идущее откуда-то из глубины: желание обнять.

У провидения не бывает совпадений, его не обмануть. Все когда-нибудь заканчивается, однако осознание истинного замысла судьбы и ценности вещей приходит слишком поздно.

– Давай пропустим это. Не сделаю этого сейчас – потом пожалею.

Тэыль обняла человека, который пришел к ней, ведомый самой судьбой. Объятия были теплыми и такими печальными! Это разбило сердце Гону.

– Ненавижу, когда прикасаются к моему телу, но в этот раз буду снисходителен. У тебя наверняка есть причина для такого поведения. Могу я спросить какая?

Тэыль отстранилась и посмотрела на Гона.

– Почему ты обняла меня? Откуда ты вообще знаешь меня?

– Со мной произошел очень странный случай, кажется, я уже встречала тебя. В прошлом.

– В прошлом? Может, это было двадцать пять лет назад?

– Слушайте, странно это все. Предъявите ваши документы, пожалуйста.

Гон и Тэыль снова впервые встретились на площади Кванхвамун. Эта последовательность и неизбежность происходящего вызвала в ней желание засмеяться, но силы были на исходе, Тэыль скорчилась от боли. Мысли блуждали где-то далеко, а лицо покрылось холодным потом и слезами. Зажимая кровоточащую рану, Тэыль старалась не отпускать нити, связывающие ее с сознанием. Ей померещился звук полицейской сирены.

– Пап… – Тэыль удалось ответить на телефонный звонок отца.

– Эй, слушай. После твоего звонка я побил тех негодяев. Ты где? – громко и с чувством гордости ответил отец.

– Я тебе звонила?

– Да. Что у тебя с голосом? Постой, тут полиция приехала, меня зовут. Я перезвоню.

Отец поспешно повесил трубку. Разум Тэыль становился все слабее. По крайней мере, папа был в безопасности. Почувствовав облегчение и отпустив переживания, девушка отключилась.

На следующий день она очнулась в больнице. Все благодаря случайному прохожему, который заметил в переулке раненую Тэыль. Он немедленно доставил ее в больницу, поэтому девушку успели спасти.

Едва она открыла глаза, руководитель Пак поинтересовался, сколько было нападавших. Тэыль же волновалась за родных. Если Луна напала на нее, то они находились в еще большей опасности и бог знает, что еще могло произойти.

– А что насчет Синджэ? Отца? – поторопилась спросить Тэыль.

– Твой отец был здесь, но недавно ушел: сказал, что закроет зал и вернется. Так что за урод ранил тебя? Лицо его видела? Запомнила?

Детектив Сим кипел от ярости, и гнев его был вполне оправдан. Странно не злиться, когда твоего товарища по команде ранили в переулке ножом и бросили умирать. Однако Тэыль, хотя и знала виновного, ничего не могла рассказать. Луна, ее двойник из другого мира, пришла ее убить. И как это можно объяснить?

– Там было темно. А он был в кепке… Я посплю и еще подумаю, может, что вспомню. Это какие-то очень сильные обезболивающие? Что-то меня в сон клонит.

– Да, конечно. Хорошенько отдохни, а мы поехали.

Руководитель Пак и детектив Сим вышли из палаты.

– С Синджэ до сих пор нет связи? Опять?

– В офисе он, кажется, не появлялся, да и в рабочий чат не заходит.

Как только за ними закрылась дверь, Тэыль взяла свой телефон и написала Синджэ: «Синджэ, ты где? Это срочно!», «Я сейчас в больнице, позвони мне».

Затем сразу вынула из руки иглу и накинула пальто поверх больничного халата. Нужно было срочно найти Луну.

Глава 20. Все двери во Вселенной

Глава 20. Все двери во Вселенной

Ынсоп уже собирался звонить Тэыль, когда увидел, что она вошла во двор, и со всех ног рванул к ней. Недавно в кафе Нари наведывался Ли Рим. Он сохранил в памяти ясную картину, которую видел в Корейской империи – тот день, когда их с Ли Римом разделяли трамвайные пути. Он отчетливо запомнил его лицо, хотя Ли Рим никак не ожидал, что Ынсоп его узнает. Тем не менее разговаривал с Ынсопом так, будто хотел, чтобы тот его узнал.

– Мне неизвестно, где он прячется, но я надеюсь встретиться с ним в годовщину смерти его матери, – с издевкой сказал Ли Рим и просил передать эти слова Гону. А чтобы сообщение наверняка дошло до Гона, он пригрозил, что в противном случае вернется за Нари.

Испуганный Ынсоп как мог защищал девушку, старательно прикрывая ее спиной. К счастью, Ли Рим сразу же удалился. Как назло, Гон канул в неизвестность. Его следовало найти во что бы то ни стало.

Ынсоп подбежал к Тэыль и тихонько, на ушко рассказал о случившемся:

– Тэыль! Сюда только что приходил Ли Рим. Тот самый Ли Рим.

– Приходил сюда? А где отец?

– Он ушел незадолго до того. Сказал, что не может отменить дневное занятие. Да кто он, черт возьми, такой? – Вместо Ынсопа ответила Нари, которая стояла за его спиной в полном недоумении.

В этот момент во двор вошел Синджэ с разбитым лицом.

Тэыль нахмурилась:

– Что у тебя со лбом?

Синджэ не ответил, но задал встречный вопрос:

– Ты же сказала, что тебя ранили, почему здесь торчишь?

– Тебя ранили? Где? Кто? – забеспокоился Ынсоп.

Тэыль схватилась за правый бок и сморщилась, изображая боль.

– Да, было такое, пустяки. Я пойду, появились срочные дела.

– Чон Тэыль.

– Что?

– У тебя рана с левой стороны.

Глаза Тэыль мгновенно похолодели. По губам скользнула циничная ухмылка. Это была Луна.

– Точно. Я же правша, – спокойно пробормотала Луна и бросилась бежать, но не сделала их двух шагов: Синджэ схватил ее за запястье и заломил руку за спину.

– Синджэ!

Со стороны раздался голос настоящей Тэыль. Девушка еще не оправилась от операции, лицо ее было помятое и бледное. Нари от потрясения отшатнулась назад.

– Что происходит?! Как такое…

Тэыль сказала Ынсопу, которого Луна тоже обвела вокруг пальца, позаботиться о Нари, а сама обратилась к Синджэ, державшего Луну:

– Что у тебя со лбом?

– Я уже спрашивала, но он не отвечает.

Луна вскрикнула, потому что Синджэ еще сильнее сжал ее руки.

– Заткнись, – холодно бросила в ответ Тэыль, собрала последние силы в кулак и от души ударила Луну по лицу.

И это было ничто по сравнению с тем, как она вонзила ей нож в живот. Однако из-за резкого движения свежая рана снова заныла.

– Черт, – простонала Тэыль.

Вдвоем они надели на Луну наручники и отвели в подвал пустого здания, которое Гон и Ён арендовали ранее у Нари.

Ён встретил Луну с ужасающей безжалостностью во взгляде. Она сидела на стуле напротив, слегка наклонившись в сторону, в ее глазах читалось безразличие. Ён обернулся на Тэыль: два лица, одинаковых как две капли воды. Такова судьба Гона – быть обманутым и беспомощным.

Луна рассмеялась в лицо Ёну, сверлящему ее глазами:

– А, так ты и есть Чо Ён. Не смотри так на меня. Мы из одной страны.

– Если бы мы там встретились, ты бы уже была мертва. Кто тебя заставил? Кто подговорил отравить Его Величество?

В другом углу Синджэ рылся в вещах Луны. В сумке он нашел всякую всячину: сигареты, парики, шляпы, металлические отмычки для вскрытия дверей и многое другое. Однако было там и кое-что неожиданное: баночка с лекарством. Синджэ с одного взгляда понял, от чего оно лечит.

– Это наркотический анальгетик. Его назначают только больным на поздних стадиях рака. У тебя рак?

Тэыль изумленно уставилась на Луну.

– Ага, говорят, что скоро умру. Вы только сильно не расстраивайтесь, – мягко ответила Луна и повернула голову к Синджэ. – Кстати, ты не говорил им о нашем поцелуе? Думаю, им тоже следует знать, что было между нами. А чего такая моська грустная? Расстроен, что поцеловался в первый раз со мной, а не с ней?

В подвале повисла гробовая тишина. Тэыль вздохнула и попросила Ёна и Синджэ оставить их с Луной наедине. Синджэ вышел, не глядя Тэыль в глаза. После того как они оба скрылись за дверью, Тэыль взяла стул, поднесла к Луне и села напротив.

Сначала она пыталась отравить Гона, а на этот раз покусилась на жизнь своего близнеца. Однако девушка спрашивала себя, действительно ли Луна собиралась ее убить. Этот вопрос злил ее еще больше.