Арсанов прошивал меня взглядом насквозь. Точно собирался дырку во мне прожечь.

Как же мне все это надоело.

Я потерла виски, которые гудели от напряжения.

Что такого особенного мог оставить мой папа, чтобы этим имуществом заинтересовались Арсановы?

Квартиру. Счет. Какие-то ценности, но эти ценности были важны лишь для нас, для нашей семьи.

Нет, в голове не укладывалось, будто настолько влиятельные и состоятельные люди вдруг начнут охоту за часами и портсигаром моего дедушки.

Просто уже глупость какая-то.

О чем я только думаю?

— Ира, говори, — снова потребовал Давид внушительным тоном. — Что было в том письме?

— Ничего особенного.

— Лжешь. Мы слишком хорошо знакомы, чтобы я этого не заметил.

— Ну допустим, пусть так, — пожала плечами. — А чему ты удивляешься? У меня был отличный учитель.

— Опять камень в мою сторону?

— Видишь, наконец, начинаешь хоть что-то понимать.

— Ира, зря ты так. Эта информация может быть опасна.

— Да? Чем же?

— Твой отец погиб.

— Верно, и с тех пор прошло много лет.

— Но погиб он не просто так.

— А ты откуда знаешь? — вспылила.

— Знаю, — твердо произнес Давид. — Наводил справки. Еще перед нашей свадьбой.

— Что? Ты меня проверял?

— Ира…

— Знаешь, не отвечай, не хочу ничего об этом знать. И уже ничему не удивляюсь из того, что тебя касается. Все очень логично выглядит.

— Ир, я проводил ту проверку, только чтобы…

— Да не важно. Не имеет значения. Все, хватит.

Хотела пройти, но он перегородил мне дорогу. Куда бы не двинулась, шагал за мной в сторону, перекрывая коридор.

— Пропусти. Это глупо, Давид.

— Твой отец не просто так погиб.

— Что? — похолодела. — Что это значит?

— Его убили. На одном из важных заданий.

Слова Давида ощущались словно ледяной душ, который окатил меня от макушки до пяток.

— Подожди, — чуть слышно прошептала я. — Тебе известно, чем мой отец занимался? Где работал?

— Конечно.

— Давно?

Он молча кивнул.

— И ты молчал? Все это время? Не считал нужным мне хоть что-нибудь сказать? Ты сейчас серьезно, Давид?!

— Не хотел подвергать тебя опасности.

— Какой опасности?

— Ты бы захотела все выяснить. Понять, кто именно убил твоего отца. Верно? Ты сейчас собираешься именно этим заняться. Я прав?

— Тебя это не касается.

— Ты мать моих детей. Так что это имеет ко мне самое прямое отношение. Если начнешь какие-то расследования, то наши дети попадут под удар.

— И это мне ты говоришь? Человек, из-за которого малышей похитили? Держали неизвестно где. В какой-то чертовой белой комнате. Да ты издеваешься, Давид!

Меня трясло от негодования.

Готова была броситься и растерзать его.

Значит, это я подвергаю угрозе детей. Не он. Никак не он. Никогда! Он вообще всегда и во всем прав. Даже когда свои грязные дела за моей спиной крутит.

— Ира, тише.

От этой фразы меня и понесло…

Хотела залепить ему пощечину. И опять попала в старую ловушку. Арсанов ловко меня перехватил, прижал вплотную к себе. Он не давал вырваться. Напрасно старалась его оттолкнуть.

— Отпусти, — шипела. — Сейчас же. Отпусти меня. Как же я тебя ненавижу. Как же сильно я…

— Это хорошо.

Посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Сильные чувства — всегда хорошо, Ира.

Другого ответа и ждать от него не стоило.

Какой же он все-таки урод. Моральный урод. Да, именно так, и никак иначе.

— Тише, — сказал Арсанов. — Успокойся. Обещаю, что помогу тебе добраться до правды. Мы найдем тех, кто виновен в гибели твоего отца.

— Почему ты раньше молчал? Столько лет? Знал, но ничего не сказал мне. Как это вообще, Давид? Хотя о чем я тебя спрашиваю. Зная тебя, удивляться уже ничему не стоит. Нет никакого смысла.

— Открылись новые обстоятельства.

— Это как те «обстоятельства», которые заставили тебя выгнать детей и меня посреди ночи на улицу? Или… про что ты?

— Ира, пойми, всегда буду на твоей стороне. И буду тебя защищать. Даже если ты против.

— Нет, Давид, — покачала головой. — «На моей стороне» это совсем не так должно выглядеть. Но я даже не удивлена, что ты не понимаешь. Ты бы и не смог такое понять. Никогда. Ты не имеешь представления об обычных человеческих отношениях.

— Ир, прекращай.

— Да не хочу я прекращать ничего! Это ты прекрати. Отпусти немедленно. Ты слышал? Убери свои руки.

Ощущала себя истеричкой, но сейчас мне действительно были неприятны его прикосновения.

Сама не знаю, как умудрилась его оттолкнуть. Арсанов так сильно в меня вцепился. Прямо мертвой хваткой держал.

Однако я все же справилась. Отстранилась от него. Поспешно отошла на несколько шагов назад, чтобы он снова меня не схватил.

— Все! — воскликнула. — Не трогай. Не походи. Иначе… я за себя не отвечаю. Понял?

Видимо, понял. Теперь он молча смотрел на меня. Ни слова не говорил.

А я достала телефон. Наконец, нашла визитку.

— Кому ты звонишь? — не выдержал Арсанов.

— Адвокату, — ответила коротко, и пока слушала тягучие гудки в динамике, прибавила: — Надеюсь, ты действительно ничего ему не наговорил и не выставил за порог силой. В противном случае…

— Да за кого ты меня принимаешь?

— Не знаю, — ответила, глядя в его глаза. — Теперь я ничего не знаю, Давид. Понятия не имею, кто ты есть.

Наш разговор прервал ответ адвоката.

— Слушаю, — прозвучало в динамике.

— Здравствуйте, мы встречались сегодня. Это Ирина. Вы сказали, что будете меня ожидать, но потом очень резко уехали. Могу ли я узнать, в чем причина?

— Возникли срочные дела, — ответил мужчина. — Прошу простить за такие неудобства.

Покосилась на Арсанова.

Не верилось, будто он и правда здесь не замешан.

Но с чего бы адвокату утаивать реальное положение вещей?

— Когда мы можем приступить к оформлению? — спросила. — Я бы хотела как можно скорее получить свое наследство.

— Да-да, понимаю, конечно. Однако вам необходимо будет вернуться домой. На родину.

— Хорошо.

— Именно там находится квартира, положенная вам по завещанию, прочее имущество…

— Да, я вас поняла. Когда мы можем встретиться?

— На следующей неделе…

— Так долго?

Затягивать процесс совсем не желала.

— Могу предложить более раннюю дату, но это уже завтра. Не уверен, что у вас получится собраться настолько быстро. А я уже на пути в аэропорт. Придется срочно вылетать.

— Нет, что вы. Завтра мне подходит.

— Что там тебе «подходит»? — мрачно бросил Давид.

— Тогда будем на связи, — заключил адвокат.

Я попрощалась с ним и повернулась к Арсанову.

— Завтра вылетаем домой, — сказала ему.

— Мое согласие тебя не волнует?

— А почему бы вдруг тебе возражать?

* * *

Уважаемые читатели, простите меня за долгую задержку продолжений.

Обстоятельства не позволяли мне обновить книгу ранее.

Теперь активно исправляю ситуацию.