— От себя, — мрачно ответил Давид. — Ты перешла черту. Окончательно. Когда затеяла новую интригу против Ирины.

— Так это все она, — зашипела Юлиана. — Эта стерва!

Давид махнул рукой, и через секунду крики Арсановой уже не разрезали тишину воцарившейся вокруг ночи.

Полицейские машины отъехали.

А Давид вдруг обернулся и посмотрел наверх. На балкон.

Сама не понимаю, как успела в последний момент отойти назад и скрыться от него. Однако казалось, он все равно заметил…

Не важно.

Я вернулась в комнату. Понимала, что сейчас уже точно не усну.

Давид “сдал” родную мать полиции? Чтобы защитить меня?

=51=

=51=

Пока не понимала, как реагировать. Нет, у меня едва ли могло получиться искренне пожалеть Юлиану. Слишком уж много зла она успела причинить. К тому же, я отлично знала, что мать Давида только бы обрадовалась, если бы именно меня подобным образом увезли из этого дома. Видимо, примерно так она и рисовала план на самое ближайшее будущее. Но сын помешал это все осуществить.

Арсанов решил проблему радикально.

Я немного походила по комнате, чтобы успокоить нервы. После заглянула к детям. Подошла поближе к кровати, поправила одеяло. Наблюдала за ними. Невольно улыбнулась.

Мои ангелочки…

Сзади послышался какой-то звук, и я повернулась. Вздрогнула и шире открыла глаза. На пороге передо мной стоял Давид. Наблюдал за мной, за тем, как я склонилась над нашими детьми.

— Ты здесь? — пробормотала.

— А где же мне быть? — невозмутимо поинтересовался Арсанов.

— Как ты сюда зашел? — поднялась и подошла к нему. — Дверь закрыта.

— Нет, — покачал головой. — Наверное, ты забыла…

— Не могла забыть.

Он только усмехнулся.

Ладно, допустим, забыла. Хотя привычка закрывать двери доведена у меня до автоматизма. Ну не могла я настолько важный и серьезный момент упустить.

Не могла… или?..

— Зачем ты пришел? — спросила его.

— Потянуло, — хрипло произнес Арсанов. — К тебе, к детям. Просто шел по коридору, а дверь оказалась приоткрыта. Вот и решил заглянуть, проверить, как вы.

Звучало красиво. Складно. Очень логично.

И то как Давид смотрел сейчас то на меня, то на детей за моей спиной.

— Можно? — вдруг нарушил молчание бывший муж.

Кивнул в сторону кровати.

Вопросительно приподняла брови.

— Просто посмотрю на них, — пояснил он тихо. — Ближе.

Протестовать не стала. Позволила ему пройти мимо меня к тройняшкам. И тут уже он сперва склонился над кроватью. А после присел, опустившись на одно колено. Чуть наклонил голову, внимательно наблюдал.

Антон будто почувствовал его присутствие. Заворочался на постели, будто пытался прикрыть брата и сестру.

Давид осторожно поправил сползшее вниз одеяло, прикрывая малыша. И от меня не укрылось то, как он улыбнулся.

Обняла себя руками. Смотрела на них. Не могла отделаться ни от назойливых воспоминаний о прошлом, ни от новых ассоциаций, которые всплывали в голове.

Давид был хорошим отцом. Так мне казалось, пока он не выгнал нас из дома. Как он радовался детям, как любил их, как наблюдал за ними каждый день. Да он каждую свободную минуту старался проводить дома.

Идеальный папа.

Сначала. А потом…

Да худший в мире отец так бы не поступил.

Но сейчас, глядя на Давида, на его отношение к малышам, я не могла отделаться от мыслей о том, что он бы мог оказаться хорошим отцом. Наверное. В теории. Или как это еще назвать?

Мог бы. Но… слишком многое произошло. Слишком ужасные вещи он сделал. И ладно бы мы просто разошлись, развелись. Но он же от детей полностью отказался.

Защищал? Вот таким чудовищным образом? Даже если защищал нас, это все равно его не оправдывает.

— Тебе пора, — тихо сказала я. — Поздно уже.

Он кивнул. Помедлил и поднялся на ноги, отошел от кровати, но прежде чем выйти из комнаты, обернулся. И либо я уже совсем с ума сошла от противоречивых эмоций, либо так сказалась игра света.

Но у Давида в глазах блестели слезы.

Мы вышли из спальни. Он не торопился уходить.

— Завтра рано вставать, — напомнила.

— Помню.

— Тогда… — кивнула на дверь.

— Насчет моей матери можешь не беспокоиться, — вдруг заявил Арсанов. — Этот вопрос я решил. Она больше никогда тебя не потревожит.

— Никогда? — невольно переспросила его и нахмурилась. — Что это значит?

— От нее проблем не будет.

Повисла напряженная пауза.

Каким бы неприятным человеком не была Юлиана, мне бы не хотелось, чтобы она оказалась в тюрьме. Даже если сама попала на то место, которое старательно готовила для меня.

— Я видела, как ее забрали.

Арсанов молчал.

— Когда я пришла и обратилась к тебе, то не думала, что ты будешь решать этот вопрос так.

— Она сама это начала.

— Да, но… такая уж у тебя мать.

— Волнуешь про нее? — усмехнулся Арсанов. — Она бы не волновалась.

— Не сомневаюсь, — покачала головой. — Просто я думала, ты поговоришь с ней, объяснишься как-то.

— Разговоры ее бы не остановили.

Ладно. Не видела смысла продолжать беседу. А Давид наоборот будто искал повод задержаться еще.

— Ты хочешь, чтобы дети поехали с нами? — неожиданно спросил он.

— Конечно, а как иначе?

— Здесь я могу гарантировать их полную безопасность, — вдруг сказал Арсанов и взгляд его потемнел. — А у нас дома такой уверенности нет.

— Ты что, издеваешься? Детей одних не оставлю. Особенно здесь.

— Почему? У меня превосходная система безопасности.

— Такая превосходная, что малышей похитили, как раз когда ты нас охранял. Твои люди один раз не справились. Хватит с меня.

— А кому бы ты доверила детей? Этому своему… — он поморщился. — Михаилу?

— Ты почему задаешь такие вопросы? Причем здесь Миша?

— А это уже тебе виднее. Твой “Миша” это еще один вопрос, который надо закрыть, — процедил Давид. — И поскорее.

=52=

=52=

— И как же ты собрался этот вопрос закрывать? — поинтересовалась, внимательно глядя в глаза Арсанова.

— Узнаешь как, — отрезал он. — Увидишь.

— Да? Ну так расскажи. Что ты собрался делать? Всех, кто тебе мешает, будешь в тюрьму отправлять? Или какой у тебя план? Один раз посадить Мишу не вышло, поэтому ты теперь новый вариант пробуешь. Давай, объясни.

— Нечего здесь объяснять, — бросил он. — Этот твой «Миша» слишком часто вокруг околачивается. От него не так-то легко избавиться.

— Подожди, — нахмурилась, продолжая пристально смотреть на бывшего.

То, как он это произнес. Сам его тон. Смысл, который он вкладывал в слова. Все это наталкивало на определенные подозрения. Так что я не могла не проверить свои догадки.

— Михаил приходил сюда? Приезжал к дому?

— А ты смотрю, за ним соскучилась.

— Давид.

— Что? — прямо рявкнул он.

Ну ничего себе.

— А ты почему так взбеленился? Это что еще такое? Нормально ответить не можешь?

— Приходил твой «Миша», — буквально выплюнул Арсанов. — Рада? Вижу, как истосковалась по нему.

— Приходил, значит, — кивнула. — А ты что сделал?

— Ничего, — сказал как обрубил. — Из того, чего действительно хотел бы, ничего. Повезло твоему дружку. Мои люди попросту его не пропустили.

— А ты выходит, не в курсе был?

— Нет. Иначе бы он настолько легко не отделался.

— Почему такая реакция? — пожала плечами. — Ты так выглядишь сейчас… даже не знаю.

— Как? — спросил мрачно. — Что ты не знаешь?

— Не важно.

— Нет уж, говори, — потребовал Арсанов и шагнул вплотную. — Отвечай, Ира.

— Тише, дети спят.

— Говори, — процедил сквозь зубы.

— Да у тебя сейчас как будто пар из ноздрей пойдет. Смотри, как бы от злости сейчас не лопнуть.

Покачала головой, отошла от него на несколько шагов.