— Я не самоубийца, Элиф. Никто не поверит в это, — попыталась я вразумить девушку.

Тщетно. Пришлось снова отступать назад. Вместе с приближением той, кто целилась в меня.

— Не обязательно быть самоубийцей, чтобы вылететь из перевернувшейся машины. Чуть дальше, чем твой водитель. Не повезло тебе, — отозвалась она цинично и вместе с тем подозрительно хладнокровно.

Если прежде её распирали эмоции злости и ненависти, то теперь… становилось жутко.

— Даже если я сделаю то, что ты хочешь, это не исправит ничего в твоей жизни, — предприняла ещё одну попытку внушения я.

— Да. Не исправит. Но я избавлюсь от тебя. И Алихана от тебя избавлю. Оно того стоит. А потом, когда тебя больше не будет, со временем всё наладится. Пусть не сразу, но уверена, наладится, — призадумалась она, кажется, всерьёз.

— Это если он не узнает, что ты сделала, — хмыкнула я.

От мысли с таким возможным грядущим будущим я отмахнулась. Даже представлять не хотелось. К тому же, пришлось сосредоточиться на том, что земля под моими ногами скоро закончится. Всего несколько шагов осталось. Элиф и вовсе поравнялась со мной практически вплотную.

— Прыгай! — прикрикнула на меня.

Если бы у неё хватило силы духа, давно бы сама столкнула. Но нет. А значит у меня ещё оставалась маленькая надежда.

— Нет, Элиф. Я не буду. Ни за что. Ты не заставишь меня, — покачала я головой. — Если ты хочешь избавиться от меня, то придётся запачкать руки. Но тогда не будет никакой гарантии, что Алихан действительно не узнает. А когда узнает, он тебя ни за что не пощадит, — нет, в отличие от неё самой, я не собиралась сыпать угрозами, всего лишь хотела заставить её сомневаться. — И, наверное, это будет, для тебя открытием, но святой он меня тоже не считает. Я не вынуждала его жениться на мне. Он сделал это не потому, что я ему голову заморочила. И не потому, что я залетела от него, как ты рассказала всем, — да, я говорила всё, что угодно, лишь бы потянуть время, Альп говорил, следом за нами выехала ещё одна машина, и я очень ждала её появление, как манну небесную. — Алихан должен был моему отцу. Поэтому он на мне женился. Он отдал долг, понимаешь? Жизнь — за жизнь. Вот и всё. Вот так просто. Нет ничего из того, что ты успела себе напредставлять, Элиф. Никто не собирался причинять тебе боль. Ты тут вообще не причём, Элиф. Ты ошиблась. Мне очень жаль.

Она… не поверила. Ни единому моему слову. Кажется. Ведь призадумалась, подозрительно прищурилась, склонив голову. И, вероятно я переборщила со всеми своими внушениями, потому что все мои увещевания закончились новым криком: