Я внимательно осмотрела ее ладонь. Ни намека на синяки. В тот раз, когда я ударила Кейдена, моя кисть распухла примерно раза в два и болела так, что даже дышать было невозможно.

– Кейден дал мне пару уроков в фитнес-центре. С боксерской грушей, – радостно поделилась Элли и сжала руку в кулак.

– Я тоже хочу научиться. Тогда я смогу защищаться и в следующий раз ничего себе не сломаю.

– Могу тебя научить, – ответила она, пока мы выгружали мои вещи из багажника, прежде чем отправиться в общежитие.

Стоило нам приблизиться к моей комнате, дверь распахнулась, не успела я взяться за ручку. Ураган светлых волос чуть не сбил меня с ног. Объятия длились всего секунду, после чего Сойер отстранилась от меня. Еще до того, как я сообразила, что происходит, она щелкнула меня по лбу.

Блин, больно. Весь лоб заныл.

– Не смей так больше делать, коза тупая. – Пару мгновений она сверлила меня злобным взглядом, затем развернулась и ушла обратно в нашу комнату.

Все это произошло так быстро, что у меня голова закружилась.

– Какой радушный прием, – пробормотала я.

– Если рассчитывала на что-то другое, то ты живешь не в той комнате, – парировала Сойер.

Тут она определенно права. И тем не менее это место в общежитии я не променяю ни на что на свете.

– Прости, что не давала о себе знать. Я забыла, – призналась я, на ходу скидывая обувь. Моя половина комнаты выглядела так же ярко и хаотично, как на прошлой неделе перед побегом. Вот только на постели лежал картонный тубус, который я никак не могла припомнить.

– Что это такое? – спросила я Сойер, которая села за стол, где стоял ее ноутбук.

– Посмотри внутрь.

Элли подошла со мной к кровати и устроилась рядом на лоскутном одеяле. Взяв в руки тубус, я открыла пластиковую крышку. Потом перевернула футляр, чтобы вытряхнуть снимок, который лежал внутри. Он выпал, и Элли забрала у меня картонный футляр, чтобы я могла развернуть лист. Я взялась за два края и потянула их в стороны.

Это оказалась одна из моих фотографий, которые Сойер делала для своего фотопроекта. Я сидела на скамейке, где мы провели почти все утро. На заднем фоне находились слегка размытые газоны и деревья кампуса. Моя розовая блузка отлично контрастировала по цвету с остальной частью снимка. А лицо… Вау. Я даже не заметила, что Сойер нажимала на кнопку во время пауз. На этом кадре я от души хохотала. Поводом, скорее всего, послужило какое-нибудь особенно странное указание. Это был просто прекрасный снимок.

– Какая красивая фотография, – в восхищении выдохнула Элли.

Я подняла взгляд на Сойер.

– Изначально стояла задача сделать крупноплановые снимки различных эмоций. Этот не вписывался в общий фоторяд, но я подумала, что он слишком красивый, чтобы просто его удалить, – пояснила Сойер, не сводя глаз со своего экрана.