Рисовать его оказалось приятно. Мужчина был хорош собой. А еще, от этого на первый взгляд эмоционально закрытого человека сейчас исходила очень положительная энергетика. В какой-то момент поймала себя на том, что каждый раз, поднимая на него глаза, и сама незаметно улыбаюсь. Ну, как незаметно? Ямочки на щеках, наверное, все-таки появляются.

Когда все детали были прорисованы, я приступила к нанесению теней. Руки сами делали свою работу, мысли только поспевали за ними. Как автор, я была вполне довольна результатом. Таким я его и видела — интересным и даже красивым. Со свободной прической, словно над ней потрудился утренний бриз, с серьезными выразительными глазами, словно на его плечах заботы всего мира, с едва заметными морщинками на его лбу, выдающими привычку хмуриться, сухими обветренными губами правильной формы. Вот только интересно, понравится ли мое произведение заказчику?

Этого я узнать не успела. В его кармане завибрировал телефон, Юрий изменился в лице и подскочил, как ошпаренный. Резким движением он забрал рисунок из моих рук, бросив лишь одну фразу.

— Извини, я должен ненадолго уехать.

Дверь за ним захлопнулась и в этот раз в замочной скважине не забыли повернуть ключ.

Я снова вернулась к чтению книг, жалея, что так и не смогла закончить рисунок. Занимаясь творчеством, мне хоть на какое-то время удалось забыть о том, где и для чего я нахожусь.

Уже вечерело и очередная книга подходила к концу, когда пение птиц заглушил звук приближающегося вертолета. Все это означало только одно — Аркадий вернулся.

Как же я не хотела снова встречаться с этим гадким человеком! От одной мысли о нем тошнота подступила к горлу, и я подошла к открытому настежь окну, жадно хватая свежий воздух.

Он вернулся не просто так, наверняка, ему снова что-то от меня нужно. Но что? Новая видеозапись? Или он решил меня убить, ничего не добившись от отца? Или будет отправлять меня моему родителю по частям, как в фильмах ужасов, пока тот не сжалится? Каждая новая мысль была хуже предыдущей, но они и не думали униматься в моей голове. Беспрестанно прислушиваясь к тому, что происходит за дверью я начала задыхаться от собственного страха.

— Возьми себя в руки! — шагая по комнате, говорила я сама себе незнакомым голосом, вырывающимся из сдавленного спазмами пересохшего горла. — Глупо бояться того, чего еще не случилось.

Я все понимала, только спокойнее от этого почему-то не становилось. Хотелось снова оказаться маленькой и спрятаться за мамой с папой, которые никогда не дали бы меня в обиду.

Когда в коридоре послышались тяжелые шаги я напряглась и задержала дыхание.