Организм брал свое и я снова отключилась даже без снотворных. Когда очнулась, как раз принесли обед, а в кресле у окна, в окружении цветочных ваз, тихо стучал по клавишам ноутбука Сергей.

У модной рубашки по-домашнему закатаны рукава и расстёгнуты верхние пуговицы, открывая загорелую грудь. Я невольно засмотрелась на его сосредоточенное и такое мужественное лицо с легкой темной щетиной.

"Вот ведь когда молчит и не командует сразу такой приятный человек". От этой мысли я невольно улыбнулась и он, ощутив на себе мой взгляд, оторвал глаза от экрана.

— Привет, — призналась, что уже проснулась и наблюдаю за ним.

Он отложил в сторону ноутбук и подошел ко мне. Галстук и пиджак так и остались на спинке кресла.

— Здравствуй, Арина, — поцелуй в щеку, неоднозначная полуулыбка и он снова сидит на моей кровати. — Как ты? Мне сказали, сегодня уже вставала.

— Ага, даже зубы самостоятельно почистила. Можешь мной гордиться.

— Выглядишь уже лучше, — рассматривает меня, аж мурашки бегут от такого взгляда, словно перед ним обнаженная красавица, а не изнемождённое тело с макияжем панды.

— Эх, Сережа, завтра еще голову помою, врач разрешила, не узнаешь меня.

Представляю себя со стороны со слипшимися волосами, а самой и смешно, и стыдно, отворачиваюсь.

— Обед остывает. Садись повыше, буду тебя кормить, раз пришел.

Помогает мне приподняться, поправляет за спиной подушку. Не отказываюсь. Даже приятно, когда такой видный мужчина о тебе заботиться, а я все брыкаюсь, дура. В конце концов, замуж выходить после того, как тебя обедом с ложки кормили, вовсе не обязательно.

Первая ложка бульона растворилась во рту. Сергей довольно улыбается уголками губ. Отчего-то набираюсь смелости и задаю свой главный вопрос:

— Где Ник? Вы, наверняка, успели познакомиться? — смотрит спокойно, как на малого ребенка, который спрашивает про Деда Мороза, которого не существует. — Или скажешь, что это бред моего воображения и побочное действие неизвестных препаратов?

— Отчего же неизвестных? Все, что тебе вводится, предварительно согласуется со мной.

— Ты точно маньяк! — срываюсь на эмоциях, прежде, чем успеваю подумать.

Смеется, подносит к моему рту новую партию супа в ложке. Шумно выдыхаю, открываю рот, проглатываю. Мне не смешно. Я зла, как черт!

— Если тебе так больше нравится, дорогая, буду маньяком. А вообще, мне просто небезразлично твое здоровье и время, за которое ты восстановишься.

— Ладно. Так что с Ником? Где он? — мне затыкают рот новой ложкой супа, мои вопросы ему явно не нравятся, но он все еще держит себя в руках, даже бровью не повел.