– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – прямо отвечаю я.

Антуан снова смеется.

– Потому что у вас тоже нет воображения, ваше величество. Вы прекрасно без него обходитесь. А теперь расскажите мне о скандалах при английском дворе. Я слышал, ваш брат, король Англии, нынче влюблен?

Я хмурюсь.

– Я не стану об этом сплетничать.

– И юная дама исключительно хороша собой?

– Не особо.

– Образованна, музыкальна и очень кротка нравом?

– Да какое это имеет значение?

– А ваш брат, король, не решится дать своей жене отставку? Раз уж Господь не склонен благословлять их союз сыном? Его жена, королева, не помышляет ли о том, чтобы удалиться в монастырь? Чтобы дать мужу возможность зачать наследника с этой красивой юной дамой?

Я тут же ощущаю недостойную вспышку радости от мысли, что, судя по сплетням, Екатерина сейчас крайне унижена и рискует потерять все. Потом сразу же я думаю о том, как ей сейчас больно, особенно учитывая то, что она едва выносила интрижки мужа, пока они еще были всего лишь интрижками.

– Этого никогда не произойдет, – решительно отвечаю я. – Мой брат всегда защищал церковь и ее учения. И моя сестра никогда не отступит от исполнения своего долга. Она будет жить и умрет королевой Англии.

– Она – серьезный враг Шотландии, – замечает шевалье. – Возможно, в наших интересах было бы, если бы король прислушивался к мнению новой жены?

– Да, я знаю. Этот вопрос очень неприятен для нас обеих. Но она моя сестра, и я должна хранить ей верность.

Мы решаем остаться в замке Крейгмиллар еще на несколько недель, а после этого отправиться в мои владения в Ньюкасле. Антуан говорит, что когда закончится мор в Эдинбурге, мы все вернемся туда и он соберет совет лордов, на котором я смогу к ним обратиться. Если я смогу убедить их в том, что я должна быть его сорегентом, он будет счастлив разделить со мной власть. И я должна получить свободный доступ к сыну, который теплеет ко мне с каждым днем. У меня должно быть свое место в совете лордов, и меня должны там признать вдовствующей королевой.

– И у Арчибальда тоже должно быть свое место, рядом со мной и одинаковой высоты с моим.

Шевалье взмахивает обеими руками.

– Ах, не надо об этом просить, – молит он. – Да, вы любите своего мужа, я об этом знаю. Но у него же столько врагов! Если вы протолкнете его в их глотки, они станут и вашими врагами. Просто будьте на людях матерью короля и вдовствующей королевой – и мужней женой за дверями своей спальни. Продолжайте быть его рабой, если вам так угодно. Но не сажайте его в палату лордов, как равного себе.

– Он мой муж, – страстно спорю я. – Разумеется, он мой господин. Я не собираюсь хранить его у себя в шкафу.