– Ну что же, сейчас мы станем видеть друг друга гораздо чаще, – объявляю я. – Я была в Англии, Яков, и привезла мирное соглашение для Шотландии. Теперь между нашими королевствами будет мир, и на границах тоже. И я смогу видеться с тобой столько, сколько нам захочется. И я снова буду жить с тобой, как твоя мать. Разве это не чудесно?

– Да, леди мама, как пожелаете, – отвечает мальчик с четким шотландским акцентом. – И как позволят опекуны.

– Они сломили его дух, – со злостью выговариваю я Арду, меряя шагами нашу комнату в башне Крейгмиллар. – Они разбили мне сердце.

– Нет, вовсе нет, – тихо возражает он. – Просто его воспитывали с осторожностью и тщанием. Вас должно только радовать, что он думает перед тем, как что-то сказать.

– Да он должен бегать по замку и смеяться. Он должен кататься на лодках и играть, ездить на своем пони и воровать яблоки.

– Что, все это сразу?

– Не смей надо мной потешаться!

– Я вижу, вы и в самом деле расстроены.

– Меня изгоняют из страны, разлучают с моим сыном, и когда я снова вижу его, он тих, как монах-затворник!

– Нет, он много играет и может быть весьма разговорчив. Я сам это слышал. Но сейчас он понятным образом стесняется. Он ждал вашего возвращения и не удивительно, что чувствует себя немного не в своей тарелке. Все мы не в своей тарелке. И вы вернулись еще более красивой, чем мы вас помнили.

– Не в этом дело! – Но я уже успокоилась.

Он берет меня за руку.

– В этом, любовь моя. Доверьтесь мне, все будет хорошо. Вы будете очень любящей матерью для него, какой я вас и помню, и спустя несколько дней он снова станет вашим маленьким мальчиком. Он будет играть со своей сестренкой, и вдвоем они будут такими шумными и шаловливыми, какими вы хотите их видеть.

– Но, Ард, когда я оставляла его, у него был младший брат. Братик, который гулил и улыбался, когда видел меня.

Он обнимает меня за талию и прижимает мою голову к своему плечу.

– Я знаю. Но у нас хотя бы есть Яков. К тому же мы можем подарить ему еще одного брата.

Я прячу лицо на его теплой шее.

– Ты хочешь еще одного ребенка?

– Причем немедленно. И он родится в Танталлоне, со всеми условиями и удобствами, которых вы пожелаете. Когда вы отправитесь в уединение, я одену вас в золотую парчу, а каждый палец украшу кольцами. Я буду беречь и охранять вас в уединении, месяц за месяцем. Я велю изготовить новую кровать и украсить ее резьбой и золотой инкрустацией, и вы сможете не вставать с нее хоть полгода.

Я улыбаюсь.