– Как долго вас не будет? – внезапно занервничав, спрашиваю я.

Шевалье сначала смотрит на начальника стражи, ожидая, что тот ответит.

– Туда ехать добрых полдня, и то галопом, – говорит тот.

– Тогда мы вернемся завтра, – легко утверждает де ла Басти и кланяется мне, прижав руку к сердцу. Вот он блеснул улыбкой напоследок и был таков.

Мы ожидаем его к ужину, но нам приходится садиться за стол без него. Арчибальд замечает, что, возможно, непревзойденный шевалье не смог поймать Джорджа Хьюма так легко, как того ожидал. Дескать, одно дело выступать на турнирах и совсем другое – вести настоящий бой, и что для того, чтобы скакать верхом по диким лесам и управлять людьми, французу понадобилось нечто большее, чем привычная ему бравада.

– Это нарушение мира, – коротко возражаю я. – У него не было выбора, кроме как арестовать их.

– Они просто отринули регентство, которое отправило вас в изгнание, и сделали вас чужой для вашего сына, – парирует он. – То самое регентство, у которого мне пришлось вымаливать помилования, чтобы вернуться к своей семье.

– Мы должны сохранять мир, – повторяю я.

– Но не любой ценой, – не унимается мой муж. – Жаль, что меня нет сейчас с ними!

– Де ла Басти спрашивал, не поедешь ли ты с ним! – восклицаю я.

Ард смеется в ответ.

– Он не мог думать, что я соглашусь! Он спросил об этом специально, чтобы расстроить вас. Он, как и я, прекрасно знает, что в этой стране не будет мира до тех пор, пока ей не будете править вы, вдовствующая королева, и ваш сын, король. Он прекрасно знает, что я не стану сражаться за его правление или какого-либо другого француза. Я на стороне королевы и Англии.

– Что это? – Я слышу звон цепей, поднимающих защитную решетку. – Он уже вернулся?

Все вместе мы спускаемся к воротам в замок, ожидая увидеть де ла Басти и его начальника стражи, однако вместо них мы видим полдюжины солдат, едущих под его флагом. Флаг опущен, словно в знак скорби, и я понимаю, что произошло непоправимое.

– Что случилось? – требую я ответа, и Ард спускается к начальнику стражи, чтобы обменятся с ним быстрым словом. Потом он так же быстро поднимается ко мне, и его лицо кажется возбужденным в неверном свете факелов.

– Де ла Басти повержен, Джордж Хьюм бежал, – коротко сообщает он.

– Подойдите и доложите все, немедленно, – велю я начальнику стражи. – И приведите всех своих людей, они не должны ни с кем разговаривать. Сначала все узнать должна я.

Я разворачиваюсь и снова вхожу в замок, чтобы в ожидании их встать возле большого камина в приемном покое де ла Басти. Когда все стражи входят в комнату и встают друг рядом с другом, капитан начинает говорить от их имени.