Но Роберт бесстыже заревел, когда понял, что он испытал облегчение, когда умерла Лидия.

С глаз Роберта словно сошла пелена. Его тщетная попытка убежать от Эрика и компании в виде женитьбы была обречена на провал с самого начала. Все зашло слишком далеко, он укоренился в деле, они впятером стали новой семьей с крепкими связями и обязательствами такой же силы, что и кровные родственные узы. Роберт сам себя загнал в ловушку: он не мог убежать от новой семьи и в то же время ненавидел ее за смерть предыдущей семьи, за смерть Фиалки.

Роберт в ловушке. Ему никогда из нее не выбраться. И участь его не хуже участи мачехи. Ее съедают метастазы. Роберта съедает невозможность обрести покой. Они оба никогда не будут счастливы. Она – из-за невозможности искупить вину. Он – из-за замкнутой петли раскаяния.

Чем все закончится? Может, Роберт подобно мачехе, не выдержит масштабов внутреннего самобичевания и возьмет в руки лезвие, чтобы закончить свою проклятую жизнь? Может, о таком конце предупреждала Нина, говоря о том, что его ненависть ведет к его смерти?

Роберт вдруг стал таким пустым, словно сама жизнь не захотела больше пребывать в его теле и упорхнула. Роберт перестал видеть цель. Он перестал видеть значимость вещей. Он сидел на стуле, безвольно опустив руки, словно проиграл битву с судьбой, прямо как его мачеха.

– Хочешь узнать, что помогает мне держаться и жить дальше? – тихо спросила Агнет.

Роберт оторвал взгляд от чашки в цветочек и медленно перевел его на женщину. Как много у них общего теперь! Он настолько же разбит, уничтожен и мертв, как и она. Одинаково красные выплаканные глаза, отрешенность на лице и отсутствие желания жить объединили их, наконец, спустя много лет в одну семью. Агнет смотрела куда-то за спину Роберта.

– Мистер Аурелио, – произнесла Агнет с отсутствующим взглядом.

Роберт проморгал глаза, точно отгоняя наваждение. А придя в себя, нахмурился и уточнил:

– Это – психиатр?

Агнет тоже очнулась от кошмара и уставилась на Роберта ответным хмурым взглядом.

– Нет, это – кот, – пояснила она.

И с этими словами подняла с пола пушистого и толстого рыжего кота, который все это время терся о ее ноги, выпрашивая что-нибудь вкусненькое, точно он заработал поощрение за долгий упорный сон, а противная хозяйка не выполняет условий оплаты. Она обняла кота, который тут же занял удобное положение, сложив лапки ей на плечи.

– Я нашла его котенком, провалившимся в уличный слив канализации. Он был жутко больным и замерзшим. Он бы утонул, если бы никто не вытащил его оттуда, ливни в те дни были сильными, – по ходу рассказа Агнет гладила кота, который довольно мурчал у нее на груди. – Я не сразу прониклась к нему заботой. Лечила и кормила с бутылочки как-то механически, просто, чтобы он выжил. Знаешь, как матери кормят новорожденных – они не дают себе отчет при каждом кормлении, что спасают малыша от голода, а просто кормят по часам. Также и я.