Едва войдя, он тотчас увидел лежавшее на полу в прихожей письмо. Подобрав конверт, прочел имя адресата: Мери Рид. Ему не составило бы ни малейшего труда ей его передать, но любопытство одолело — Корк без колебаний распечатал конверт и принялся читать. С первых же строк его удивило, что письмо было от Клода де Форбена. Мери явно держала корсара в курсе событий своей венецианской жизни, раз Форбен уговаривал ее быть поосмотрительней с ним, Корком. Кроме того, корсар рассказывал Мери о подвигах ее сына среди брамселей и заверял в том, что, хотя мальчик по ней и скучает, все же на «Жемчужине» к нему вернулась жизнерадостность.

Это письмо приподнимало краешек завесы над тайной, так сильно занимавшей Клемента Корка. Однако последние строчки укололи его в самое сердце:

«Я знаю, — писал Форбен Мери, — что тебе достанет решимости и мужества, чтобы исцелиться от твоего горя. Даже если этот Балетти и не своей рукой поверг тебя в траур, он был в этом сообщником и заслуживает обещанного ему тобой наказания. Знай, что душой и мыслями я с тобой».

На этот раз сомнений не оставалось. Именно на маркиза, а не на Больдони, Мери Рид приехала охотиться в Венецию. И он обязательно должен был сообщить об этом другу.

Едва гроза начала утихать, Клемент Корк направился к мосту Риальто; он шел к палаццо Балетти.

* * *

— Мне надо было сказать вам об этом раньше, — виновато произнес Корк, увидев, как нахмурился Балетти, читая письмо. — Вы думаете, Эмма де Мортфонтен прислала сюда Мери Рид для того, чтобы похитить у вас хрустальный череп?

Балетти сцепил руки за спиной и приблизился к украшенному витражами окну. Он явно пришел в смятение.

— Нет, не думаю. Здесь между строк читается кое-что еще. Речь идет не только об алчности Эммы. Нечто жестокое, жестокое и подлое, и нестерпимо мучительное. Нечто отчаянное, что заставило эту женщину, которая, по твоим описаниям, неприступна и недоверчива, вести себя как потаскуха ради того, чтобы ко мне приблизиться. Для этого требуется немалое мужество. И для того чтобы отомстить за себя, тоже. Мужество или безрассудство. Месть беспредельно разрушительна, Корк.

— Что вы намерены делать? — спросил тот, раздосадованный оборотом, какой приняло дело, и тем, что почувствовал правоту Балетти.

— Спасти эту женщину помимо ее воли и попытаться понять причину ее ненависти ко мне.

— Не опасно ли это, сударь?

Балетти повернулся к нему, на его лице появилась странная улыбка:

— Что значит опасность, когда рядом страждущая душа, Клемент? Кем бы я был, если бы отвернулся от нее, ничего не предприняв? Не беспокойся больше об этом. Я вырву твою подругу из когтей Больдони. Это нелегко будет сделать, я знаю, что он в нее влюблен, он сам мне в этом признавался. Но я найду способ. Когда ты заканчиваешь свои дела?