— Я тебя понимаю, сынок. И спасибо тебе за верность Кате, от всей души спасибо! Но Кати-то уже нет… И никогда не будет. А потом, ты сам мне показывал её последнее письмо. Что там было написано? Вспомни…

— Не надо, мама.

— Не хочешь… Или не можешь? Так я сама тебе напомню. Я на память знаю каждую буковку этой страшной открытки. Катя писала: «Во имя нашей настоящей и глубокой любви есть у меня к тебе перед смертью одна просьба. В тот дом, который ты строил в ожидании нашего с тобой счастья, забери в него маму. Тебе и твоей будущей молодой жене она сумеет стать доброй и заботливой матерью. Дай мне слово, Федя, что ты это сделаешь, и я умру спокойно!» Вспомнил?.. Это же воля умирающей. Я теперь с тобой живу… Спасибо! Значит, одну Катину просьбу ты выполнил. А другую?..

— Но нельзя же так… Мама, опомнитесь, что вы говорите?!.

— А я и не тороплю, Феденька, не тороплю. Мне ли торопить! Только не хочу я, чтобы ты молодость свою сгубил в одиночестве. Да и не зимой о свадьбе думать. Вот наступит весна, закончите посевную…

— Не знаю, ничего я не знаю! — простонал Фазыл и, больше обычного прихрамывая, чуть ли не выбежал из комнаты.

А тётя Фрося засобиралась к Мухаббат и тётушке Хаджие. Женщины и обрадовались, и удивились её приходу, да ещё такому позднему. Старушка почти не покидала своего двора и дома, всё хлопотала по хозяйству, чтобы Фазыл почувствовал наконец дома настоящее тепло и уют, её материнскую заботу.

— Поговорить нам надо, — сказала она, принимая поданную ей Мухаббат пиалу с чаем. — Федю я женить надумала…

— Вай! — охнула тётушка Хаджия. — Да быть мне прахом у твоих ног. Только…

— Знаю, — перебила тётя Фрося. — Всё знаю. Потому и пришла к вам посоветоваться.

Мухаббат как-то сразу поняла, на ком собирается тётя Фрося женить Фазыла, и от благодарности к этой сердечной и мужественной, самоотверженной женщине на глазах у неё навернулись слёзы. Но тётушка Хаджия продолжала недоумевать.

— На ком же это? — допытывалась она.

— На Свете, — выдохнула тётя Фрося. — Любит она его, давно любит. Сама мне призналась… А Федя ни в какую! Конечно, и его понять можно… Только невесту схоронил… Вот потому и приплелась я к вам. Ты, Мухаббат, вы, тётушка Хаджия, поговорите вы с Федей, объясните ему, что негоже молодую жизнь губить. Она-то, вся жизнь, вон какая короткая, а молодость — и вовсе молния.

— Да… — печально согласилась с гостьей тётушка Хаджия. — Жаль, Рустама нет. Мужской разговор короче и надёжнее. Ну, да ладно, и сами небось не оплошаем.

— Только вы уж не особенно торопите его, — попросила тётя Фрося. — Парню и в самом деле надо отойти душой. А пройдёт время… Время-то оно лучший лекарь.