— Мадам Ле Бретон навещала баронессу Спарроу, — без промедления ответил Мартин. — Я подвёз её в Лондон и пригласил заехать сюда. У меня к ней есть предложение.

Вопрошающий взор виконта остановился на отце:

— О котором я должен знать, — перекочевал на лицо женщины.

— Баронесса родила девочку, — беспечно улыбаясь, сообщила она.

Бешеный стук сердца мешал дышать ровно. Ольга отклонилась в сторону, смещаясь на другой край широкого сиденья кресла:

— Поздравляю вас с рождением дочери, милорд. Говорят, она очень похожа на вас.

В наступившей тишине послышалось надрывное дыхание его сиятельства.

Стэнли выпрямился, вздёрнул подбородок и посмотрел на гостью укоризненно, с прищуром. Криво усмехнулся:

— Шутить изволите?

Ольга метнула взгляд на решительно вставшего графа:

— Спросите своего отца, лорд Хардинг. У девочки имеется родимое пятно, указывающее на принадлежность к вашему семейству.

Виконт подхватил наполненный вином бокал и осушил его.

— Но это невозможно, — учащённо задышал он, в растерянности оглядываясь на Мартина.

Лорд Малгри отошёл к книжному шкафу. Что он что-то задумал, было видно по его остановившемуся взгляду, побледневшему лицу и плотно сжатым губам. Решил посмотреть, как далеко сможет зайти гостья? Она зайдёт настолько далеко, насколько ей позволит зайти его молчание. Почему он позволял ей — по сути, постороннему человеку, — вести диалог, она пока не понимала.

— Отчего же невозможно? — голос зазвучал уверенно, громко, с вызовом. — Если вы ни разу не довели половой акт до естественного завершения, это не значит, что зачатие плода невозможно, — с опаской поглядывала в сторону графа. — По статистике у четырёх женщин из ста наступает беременность. Шэйла вошла в эту четвёрку.

Мартин хмыкнул и огладил бородку, а новоявленный папаша уставился на Ольгу, как на умалишённую. Кажется, её не поняли и она пояснила:

— По данным медицинских наблюдений и опросов женщин прерванный половой акт не даёт полной гарантии невозможности зачатия плода.

— Наблюдений? — вскинул брови Стэнли, гремя графином с вином, пряча глаза. На шее дёрнулся кадык. Скулы порозовели.

— Это и есть статистика, милорд. Вы — отец новорожденной дочери. А ещё, — скосила она глаза на неподвижно стоящего графа, — известно ли вам, кто ва́ш настоящий отец?

Рубила сплеча.