Граф смотрел на бывшую жену сына с лёгкой грустью, добротой и участием. Тот самый взгляд, на который Ольга обратила внимание при их первой встрече, оказавшейся для неё роковой.

Стэнли глянул на бывшую виконтессу с толикой брезгливого презрения. Зная истинное положение, он по-прежнему не желал понять её и простить.

Казалось, время остановилось для всех.

Последние девять дней жизнь в особняке на Аддисон Роуд шла своим чередом. Отец и сын много времени проводили в библиотеке, ненадолго отлучаясь в Лондон вместе или по отдельности.

Ольга заметила, что по вечерам виконт оставался дома. Клуб и другие сборища не посещал. Саманта, Джеймс и его невеста к нему с визитами не захаживали.

Разговорами леди Леову не донимали и в её обществе не нуждались. Она ходила в библиотеку и меняла книги в тщетных поисках той, которую сможет читать.

С её присутствием свыклись, как привыкают к примелькавшейся вещи, занявшей своё место в сложном изысканном интерьере особняка. Она соответствовала его стилю, сменив траурные одежды на дорогие, неброские, подчеркнувшие её вкус и уровень достатка. Не пожалела денег на ожерелье из крупного жемчуга Южного моря с серебристо-голубым отливом и насыщенным блеском, такие же серьги и гребень, украшенный россыпью мелких редких жемчужин. Неизменной осталась лишь причёска.

Дороти не докучала мадам Ле Бретон. Разобрала кофр, аккуратно разложив немногочисленные вещи в шкафу и на туалетном столике. Наведывалась регулярно, не доверяя молчащей сонетке, чтобы справиться о возможных нуждах мадам.

Почти всё время Ольга проводила за рисованием в отведённой ей комнате.

Потеряв надежду получить обратно схемы вышивок для маленьких рукодельниц, она задалась целью восстановить утерянные эскизы. Посетила знакомый универсам и купила полюбившийся набор красок, карандаши, папку с самой лучшей рисовальной бумагой.

Попросила лорда Малгри поставить в её комнату небольшой письменный стол и дать вторую керосиновую лампу.

Тем же вечером граф зашёл к ней, долго стоял рядом и наблюдал за её работой. Не задав ни единого вопроса, перед уходом похвалил:

— Восхищаюсь вашим умением несмотря ни на что настроить себя на рабочий лад.

В ответ Ольга благодарно улыбнулась. Работой она перебивала свои непереносимые и не поддающиеся укрощению мрачные мысли. Постоянно бормотала что-то, проговаривала действия, временно забывая о неумолимо приближающихся событиях. Поздним вечером валилась с ног от усталости, ломоты в пояснице и плечах. Радовалась быстрому засыпанию и спала без сновидений.

Предпринимала длительные прогулки в экипаже по зимнему слякотному Лондону. А неделю назад заметила за собой слежку.