Баронесса смотрела на пальцы мадам, разглаживающие неровный край вырванной странички, вставленной в нужное место.

— Только на один, — подчеркнула она нежелание отчитываться перед кем бы то ни было в чём бы то ни было.

— Вы не догадываетесь, кто мог послать те письма? — не спускала Ольга глаз с её лица.

— Джеймс Роулей, — качнула головой Шэйла и передёрнула плечами. — Это же очевидно.

— А Саманта помогла ему подбросить улику, — вставила недостающее звено в эту часть цепи событий Ольга. — У вас с лордом Роулеем было что-то кроме того поцелуя перед его отъездом в Египет, — продолжила она.

Та побледнела и посмотрела на любопытствующую так, что у неё появилось желание прекратить беседу.

Подала баронессе дневник со вставленными страничками. Пока она читала, наблюдала за бесстрастным выражением её лица. Дивилась выдержке и хладнокровию.

— Я всё время знала, что у виконта Хардинга были другие женщины, — захлопнула Шэйла дневник. — Продажные женщины из салона «Горячая кровь» в Сохо. Лоис Кирби он содержал длительное время. Снял ей квартиру, регулярно наведывался, отсутствовал ночами.

— Вы ничего не сделали, чтобы удержать его, изменить его отношение к вам, — укоризненно покачала головой Ольга.

— Зато у вас это получилось.

— Хорошо отлюбленный мужчина в чужую постель не полезет. Просто, правда? — не щадила она нежный слух и чувства баронессы. — Очень просто.

— Вам просто. Вижу, вы понимаете в этом деле, — скривила Шэйла губы в злой ухмылке.

— Пора бы и вам измениться и пересмотреть своё отношение к супружеским обязанностям. Думаете, граф Мюрай будет другим и станет смотреть сквозь пальцы на вашу холодность? Вас с ним ждёт то же самое, что и с виконтом Хардингом, — откинулась она на удобную спинку стула. — Ведь это его подарок, — кивнула на часы.

— Вы полюбили лорда Хардинга, — устало сказала она, пропустив замечание о графе.

Захотелось возразить: «Не его», но вместо этого решила кое-что уточнить.

— За что его не любить? Молодой, красивый, титулованный, богатый, щедрый. Ласковый, нежный, — подняла томный взор к потолку. — Мечта, а не мужчина.

— Не смейте говорить о нём в таком тоне! — неожиданно взорвалась Шэйла, подавшись к Ольге через стол.

Та отпрянула:

— А вам-то что до этого? Он уже не ваш. Один щелчок пальцами и виконт будет у моих ног. У моих, не ваших!

— Вы загубили мою жизнь! — будто плеснула в неё ядом баронесса.