– Отпусти девушку, подонок.

Я мысленно прочитала молитву. Очень быструю, но все же. Пистолет капитана Вольца уперся точно в затылок химика. Спасены!

– Не могу, – ответил мистер Росс, – я еще с ней не закончил, – и юбку задрал до самых трусов.

– Сзади она моя, – предупредил капитан и резко дернул черные стринги, обнажая промежность.

Что? Что?! Этого не может быть!

– Вы… Вы…

– Так, птичка попалась, – и тоже присел на корточки. – Кайла, ты сама виновата, что здесь. Совать нос во взрослые дела… – и огорченно покачал головой.

А я говорить не могла. Как же так?! Он же должен защищать нас! Служить закону и людям! Откуда ждать помощи, если самый главный человек в структуре – монстр.

– Как вы могли? Она же ваша дочь… – только и выдохнула.

– Мы принесли в жертву ту потаскуху из клуба, посадили деда, решили залечь на дно и тут ты со своим расследованием. Ай-ай-ай.

Капитан Вольц словно не слышал меня. абстрагировался от той ситуации, но я не позволю! Не дам забыть! Пусть ответит!

– Как вы могли?! – я заорала. – Он насиловал, издевался над вашей дочерью! Анной!

Да, она человек! Ни шлюха, ни мясо, ни жертва. Человек! И у нее есть имя!

– Я?! – удивился химик, закуривая. – Это папочка постарался!

Вольц злобно зыркнул на него. Видимо, на этой почве у них разлад в звериной команде. Так, снова стоп. Что-то с головой пока плохо – доходит как до столба, высокого, очень. Это сделал капитан? Насиловал, душил, избивал собственного ребенка. Дочь родную? Боже, этот мир сошел с ума. Слезы сами потекли по щекам. Нельзя раскисать, но я не могла остановить их. Больно. И страшно. Если он с ней так, то меня… Я клацнула зубами. Мы еще поборемся!

– Заткнись! – прорычал Вольц.

– Все наши проблемы из-за твоей несдержанности. Ты хотел трахнуть дочь! Ты сорвался и начал бить девок! В этой заднице мы из-за тебя!

Ага, значит, не во всем виновата исключительно я.

– Как ты обвинишь в ее убийстве, – и ткнул сигаретой в моем направлении, – Эрика? Как?

Они еще и план продумали! Меня убить, а посадить Эрика?! Не позволю! Все сделаю, чтобы выжить, а не смогу, так оставлю им на память столько следов, что ни одна экспертиза не закроет на это глаза! Сволочи! Гады!