Я ожидала чего угодно – злости, насмешек, сарказма, – но не того, что произошло: Эрик натурально заржал на весь госпиталь.

– Вот откуда ты такая? – спросил, продолжая смеяться.

– Какая? – насупилась я.

– Удивительная. – Он снова притянул меня, откидываясь на подушки и мягко заставляя меня на грудь лечь. – Сид лесбиянка. Супер упоротая. Людям с хреном – вообще без вариантов.

– То есть, ты обманул меня? – спокойно поинтересовалась, внутренне закипая, но не от обиды или злости, а от ликования. Эрик не обманывал меня! Не обманывал никого! Он все-таки особенный. Да, сволочь форменная, но не предатель. Ни плохой и ни хороший, а просто другой. Эрик Лаваль. Мой любимый сводный не брат.

– И да, и нет, – туманно ответил. – Мы оба хороши, – потом посомтрел на меня невероятно просто: – Впредь мы должны решать вопросы по средствам диалога, ясно?

– Ясно, – просто сказала я.

– А теперь поцелуй наконец раненого бойца.

Я потянулась, губ любимых едва коснулась, когда услышала характерное «Ой!». Боже, это кажется мама… Медленно повернулась: и отчим, и Бука…

– Спалились… – демонстративно покачал головой последний, но плутовская улыбка… А как мама на него зыркнула… Да, действительно, спалились. Звездец!

Еще вчера, я испугалась бы, что Эрик оттолкнет, едко заявит, что сама на него залезла, что воспитанием дочери нужно заниматься. Но не сегодня. Он спас меня. Он рядом. Его горячая рука крепко держит мою. Мы вместе.

Но я все-таки слезла, одернув платье, в остальном не оправдывалась – молчала. Все молчали. Даже Бука понял, что нужно заткнуться.

– Так, кто тут у нас? – мужчина средних лет в халате и с цепким взглядом – врач, вероятно, – разрядил обстановку.

– Здравствуйте, мы родители, – среагировал Дэвид. – Как наш сын?

– Можно? – доктор попросил отойти меня и снова осмотрел Эрика. Уточнил, принял ли тот обезболивающее и повернулся к нам. – Чудо, что не задета плечевая артерия и связка. Меньше дюйма влево и вы, молодой человек, – снова на Эрика посмотрел, – долго не смогли бы пользоваться этой рукой, – и снова на родителей: – Мы достали три пули и все с одним входным отверстием… Вы герой, но на сегодня ваше геройство окончено. На ночь оставлю вас под личным надзором, а завтра, если все будет хорошо, выпишу.

Доктор приподнял брови, ожидая реакции – все молчали.

– Даю пять минут, затем на выход. Мистеру Лавалю нужно отдыхать.

Я только тупо кивнула. Мы снова остались в теплом семейном кругу.

– Черт! – выругался Дэвид и бросился к Эрику. – Как ты нас напугал! – обнял максимально осторожно. – Оба напугали! – и на меня посмотрел.