Мотаю головой.

— Кто еще знает? Арслан?

— Никто. Я не успела никому рассказать. Теперь знаем только я и ты, мама.

— Это хорошо, Ариша. Очень хорошо. И никто не должен знать. Слышишь? Если они узнают… Никто. Поняла?

Киваю быстро-быстро.

— Господи, доченька, во что ты влезла… Как?… — мама сокрушенно качает головой.

Но потом встряхивает ей и говорит уже твердым голосом:

— Так. Сейчас тебя в палату отведут. С Шарматом я сама поговорю.

— Ты его знаешь, мама?

— Да, — коротко отвечает она. — Все потом, Ариша. Потом. Мы все с тобой обговорим. Пока надо думать над тем, как спасти тебя.

Она еще что-то вбивает в компьютер. Потом опять подходит ко мне. Я встаю.

Мама надевает на меня хиджаб, вытирая слезы. Потом поправляет и свой головной убор. Мы опять видим только глаза друг друга. Она крепко прижимает меня к себе.

— Доченька, — шепчет чуть слышно.

Потом отстраняется. Зажмуривается и резко открывает глаза. И в них уже нет той нежности.

— Все. Пойдем. Мы не должны подавать вида. По крайней мере, я так точно. Ты можешь плакать. Тебя поймут.

Мама первая выходит из кабинета. Я слышу, как она о чем-то говорит на чужом языке с охранником. Потом звонит кому-то. Я пока мало что понимаю из сказанного, потому что только начала учить этот язык.

Потом ко мне подходит какая-то девушка. Тоже вся в белом. И приглашает пройти с ней. Мама одобрительно кивает мне и остается с охранником.

Меня приводят в пустую палату. Девушка, по-видимому, медсестра помогает мне освоиться и уходит. Сажусь на кровать и осматриваюсь. В палате все приспособлено для пациента. Очень комфортно и уютно. Было бы. Если бы я оказалась тут при других обстоятельствах. А еще на окне решетка. Как лишнее напоминание мне о моем статусе.

Но все это меркнет перед осознанием того, что я, наконец, встретила маму. Спустя столько лет! Я боюсь даже подсчитать, сколько прошло лет с того момента, как я в последний раз видела ее.

И сейчас эта встреча дает мне хоть слабую, но надежду. Надежду на спасение. Теперь я не одна. Я верю, что мама поможет мне. Хочу в это верить. Отгоняя от себя любые сомнения. Я думаю о ней, о малыше, которого должна защитить. И об Арслане. Об отце моего малыша.