– Ты была чертовски забавной в детстве.

– А ты был невыносимым снобом.

– Зачем же ты строила замки у меня под ногами? Могла бы подальше отойти.

Она фыркает и быстро отводит взгляд.

– Я тебе тогда понравился, да? – подкалываю ее, испытывая нереальное вдохновение, до боли в груди.

– Нет, конечно.

– Ну признайся, это же я, Чарли. Ты можешь рассказать мне все, что угодно, – издеваюсь над ней.

– Отстань! Нечего рассказывать.

– А кем ты меня представляла? Принцем или национальным героем Шотландии? Выходит, я был твоей первой неразделенной любовью?

– Не выдумывай, моей первой любовью был Стивен Хокинг, – протестует Ри.

– Ты потом искала меня по миру? Спрашивала прохожих? Как часто я тебе снился?

Она резко подается вперед и закрывает мне рот поцелуем. И я наконец выдыхаю. Я живу. Я счастлив.

Мое счастье – золотого цвета, как звездная пыль в темных глазах Рианны; а на вкус оно – как лучший в мире торт. Вкус надежды – что может быть слаще.

Глава 31

Глава 31

На следующий день, пятница

Говорят: все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Разве? По-моему, это делает нас психически неустойчивыми. Потому что при мысли, что впереди большие перемены, меня сковывает ужас.

Утром Чарли отправился на похороны Джейсона в Нью-Йорк, пообещал вернуться в воскресенье. А я осталась наедине с собой – и не нашла себя. Медленно, по капле, душу начали разъедать сомнения, и я перестала слышать ее голос. Смотрю на свои руки, а вижу чужие. И сразу паника накатывает.