– Что наша жизнь не пойдет по шаблону «мыльной оперы». И тебе не придется жениться на Трише Вудс.

– Господи, какая ты загонная… То есть, пока я бесцельно шатался по дому, ты вот тут сидела в темноте и думала обо всем этом? О вариантах нашего будущего? О гребаных потоках и о том, как наш ребенок держал бы твой диплом в пухлых ручках?

Ри заливисто смеется, и это лучший звук на свете. Я сминаю волосы у нее на затылке и обвожу языком мягкий контур ее губ. Ее смех на вкус как сладкая жвачка сейчас. Я вжимаю Рианну в себя, удерживая на весу, и не верю до сих пор, что она со мной.

– Ты сумасшедшая, детка. Ты меня доконаешь когда-нибудь. Но я так люблю тебя, что мне все равно.

– Ты сумасшедший, Чарли, и точно меня доконаешь. Но я так люблю тебя, что мне все равно, – повторяет она эхом.

Смотрю ей в глаза – и проваливаюсь в нее, как в собственную душу. Я записал бы ее голос на сердце, чтобы резонировало до конца дней, и слушал сутками. Это ненормально, наверное, но мне плевать, потому что даже в темноте я различаю образ Рианны. Он выгравирован у меня на сетчатке с той самой минуты, когда я увидел ее.

* * *

Пятое июня. Экзамены позади. Погода отличная, настроение тоже. Гугл выдает огромный список событий, и я читаю их вслух для Лины и Итона, пока мама, пританцовывая, нарезает им сэндвичи на завтрак.

Сегодня Всемирный день окружающей среды, а значит, я собираюсь довести до белого каления инструктора по скайдайвингу и выброситься из самолета с парашютом с высоты в два километра. Потому что, увы, Трейси так и не научилась плавать, но я все еще могу научиться летать.

Поздравляю себя с этим. Минус пункт из плана, который называется: «Глупости, которые нужно успеть совершить, пока мне 18». Следующий пункт – автостопом на рок-концерт. Чарли запланировал это на июль. К нам в Штаты Том с Амандой прилетят по такому случаю. Итон тоже напрашивался, но ему рановато дебоширить в дурной компании. Пусть остается хорошим мальчиком, пока есть возможность.

Завтра мы с Чарли и Линой полетим на запад через восток, перекладными до Лос-Анджелеса, чтобы заняться панихидой по Джессике Милборн. Чарли сказал, что готов к этому.

Для учебы я выбрала Калифорнийский университет. Скрестив пальцы на удачу, я отправила им проект «Моей жизни» вместе с черновым приложением, в надежде на стипендию.

Родители поддержали мое решение. Только папа мечтает уберечь мои сбережения от американской образовательной системы, а мама, наученная горьким опытом, волнуется, что я растворюсь в другом человеке. Но пусть не переживает, я не собираюсь становиться приложением Чарли и не хочу, чтобы он стал приложением меня. Мне куда более интересна формула здоровых отношений: 1+ 1 = 1 х 2. Вроде просто, а сколько в этом смысла.