Это невероятные ощущения. Я чувствую себя свободным.

Потом меня спускают вниз. Что-то говорят, хлопают по плечу, стаскивают с головы шлем с камерой. Я ни хрена не понимаю, но улыбаюсь как дурак, и чувствую себя счастливым.

Лера с Максимом ждут меня на лавочке возле смотровой площадки. Едят мороженое, кормят воробьев крошками детского печенья.

— Ну как? — спрашивает она, облизывая сахарный рожок.

У меня от адреналина всплеск мужских гормонов. Если бы не Макс, я бы ее прямо здесь. На лавке. И срать на посторонних.

— Словами не передать, — с трудом выдыхаю и отдаю ей флешку с записью прыжка, — действительно будто заново родился.

— Здорово, — улыбается.

— В принципе, если ты действительно хочешь, можешь прыгнуть…

Я переживаю за нее, но не могу отнять у нее такие впечатления.

— Пф, — фыркает она, — еще чего. Я ж не дура. Мне и без того острых ощущений в жизни хватает. И вообще, Максу скоро спать. Пора возвращаться.

Я ошалело смотрю на эту трепетную яжемать.

— Ты…развела меня?

— О, даааа! — жмурится с неприкрытым кайфом.

— Лера, мать твою…

— Не выражайся при ребенке, — невозмутимо облизывает моложеное и смотрит на меня честными открытыми глазами.

— Да как так-то!

Я не могу поверить, что эта заразища развела на дикое безумие. Меня! Акулу бизнеса! Серьезного и хладнокровного Демида Барханова! Капец.

— А вот так, — сует мне в ладонь мороженое, — на охладись.

Сама подхватывает Макса на руки и неторопливо бредет прочь. А я как дурак, стою с открытым ртом и смотрю ей вслед.

— Лера!