Правда?

Ларионов же мою реакцию расценил по-своему, нахмурился, глубоко вздохнул и руки разжал. Окинул таким мрачным взглядом, что внутри всё сжалось. Он сделал шаг назад.

Теперь смотрел исподлобья, сунув руки в карманы. Уголки губ дернулись вверх и тут же сползли. По телу дрожь пробежала, дар речи на время меня и вовсе оставил.

Он меня любит.

Я нужна ему.

Я. Не Мия. А я.

Тем ещё шагнул назад, обречённо покачав головой.

Тём любит меня!

Неужели он всерьёз думает, что это не взаимно?

— Ты настоящий идиот, Ларионов, — разулыбалась я наконец-то, мысленно отсалютировав недавним страхам. А потом принялась смеяться.

Я выплескивала эмоции ровно до тех пор, пока не почувствовала себя снова в крепких объятиях.

— Согласен. Полный придурок. Крышу унесло от тебя, — зашептал Ларионов, сильнее прижимая. И мой истеричный смех сменился на всхлипывания.

Тём всё целовал меня и целовал, в висок, в лоб, в нос, губы, покрывал моё лицо поцелуями, пока я не успокоилась. А потом немного отстранился, заглядывая в глаза:

— Ну что ты молчишь? Только не говори, что я мимо, Лер…

Я обняла Ларионова за шею, немного притянув:

— Не мимо. Конечно, не мимо. А прямо навстречу.

— Уже не ненавидишь? Я просто уточнить.

— Ещё как не ненавижу, — рассмеялась в ответ, а потом улыбку с лица убрала, поймав серьёзный взгляд. И добавила: — Ещё как. Но признаюсь, сегодня у тебя был шанс улететь со скалы.

Ларионов понимающе кивнул. А потом наклонился и прошептал:

— Да я с тобой каждый день оттуда летаю. И мне это нравится, Лерка.